Книга Время неблагих. Книга 2, страница 73 – Максим Далин

Но если вы решите вернуться, пусть Господь вам поможет вернуться быстрее, мои дорогие. Официально возвращаться вам нельзя, придётся выбирать окольные пути. Помогут союзники и Сумерки — и я помогу вам на этом пути, чем смогу. Если смогу. Если Господь за нас. Сегодня началась война на юге — и я всё сделаю, чтобы Святая Земля как можно позже вступила в неё.

Помолитесь за вашу несчастную маму. Всё, что я сумел узнать — она жива. Больше пока ничего утешительного сказать не могу.

Благослови Бог мальчиков из вашей свиты. Мне легче верится в успех, когда они с вами. Я думаю о них так, будто они тоже мои дети.

Передайте мою искреннюю благодарность барону Гектору. Он получит голос в Малом Совете — если до времени, когда я смогу даровать ему это, мы оба доживём.

Напоследок, дорогие мои: я верю в вас всей душой. Дорогой мой заяц, помни: ты можешь стать великим государем, если пойдёшь по этому пути. Злая звезда моя, ты мой небесный свет, ты сможешь унять страшную боль, когда Святая Земля будет залечивать раны. Весёлая моя звёздочка, ты мой тайный клад и секретное оружие небес. Будьте, принц и принцессы святоземельские, будьте ради всего святого — и пусть сгинет ад!'

У меня торпедная атака из головы вылетела напрочь. По-моему, у августейших тоже. Ильсора тихонько плакала без всяких красивых поз, Глейза и Лэрик оторвали взгляд от бумаги и переглянулись. Понимающе.

Решение приняли.

— Ты ведь можешь передать отцу ответ, да, Ричард? — сказал Лэрик. — Скажи: мы вернёмся, как только сможем. Покажи. Ты ведь можешь показать. Ты ведь не показываешь отца, потому что ему совсем худо, да?

Ричард кивнул:

— Он запретил. Ему впрямь тяжело, Лэрик. Он сильно сдал. Но он будет держаться, если вы не сдадитесь. У вас государь сильный. Он уже сколько лет воюет с адом чуть не в одиночку…

— Мы с ним, — сказала Глейза. — Скажите ему, Ричард, дорогой: мы с ним. Мы вернёмся. Скажите ему: мы любим его.

— И мы, — сказал я. — Да, Рошер?

— Я? — удивился Рошер. — Да я-то что… куда Глейза скажет, туда и пойду, — и улыбнулся. — Да шучу я! Я с вами пойду куда угодно!

Ричард слушал и улыбался. Но Ильсора промолчала. Сидела на полу, облокотившись на колени Глейзы, плакала, но не сказала ни слова.

— Ричард, — сказал я, — а мне?

Ричард протянул мне руку. Ух ты!

Я прикоснулся к его ладони — и увидел Шельда. Очень уставшего, глаза больные — но живого. И он улыбался.

— Отлично, ребёнок, — сказал Шельд. — Никогда ничего не бойся. Помни, кто ты есть, тебя судьба ведёт. Всё сможешь, я знаю… белый Воронёнок.

Ричард потянул руку — и я отпустил. И слёзы вморгнул, как смог.

— Меня же спас… этот его заговор, да? На блокнот? — спросил я.

— Может быть, — сказал Ричард. — Всё, ребята, мне пора уходить, скоро рассвет.

— А мы сейчас где? — спросил Лэрик.

— «Мираж» идёт почти вдоль побережья Заозерья, — сказал Ричард. — Где-то рядом с Тёплой Гаванью, по-моему.

— А война… — начала Глейза и замялась. — Вот это… бой, да, был?

Ричард кивнул.

— Союзники вероломно напали на мирно спящий заозерский город, — сказал он с печальной усмешкой. — И нанесли торпедный удар по древнему святилищу, центру духовной жизни заозерцев. Разрушен прекрасный, уникальный старинный храм, погибли люди… много, я думаю. Акт вандализма, ребята. Жестокого, бессмысленного и подлого, — и вздохнул. — Потому что союзники аду служат, ага. Собственно и сам подводный корабль же управляется утопленниками. Верно?