Книга Альма Френг и солнцеловы, страница 35 – Ида Туфте Микельсен

— Нет, просто радуюсь, – ответила Альма. – Стольбю! Будет весело!

Паром подошёл к причалу на чуть большей скорости, чем следовало бы. К счастью, Альма стояла на носу и успела ухватиться за перила, когда борт стукнулся о берег. Симон всегда любил вставать на носу. Ветер в волосах, брызги в лицо – что может быть лучше!

Альму уже ни ветер, ни брызги не радовали, но она всё равно послушно стояла на палубе возле отца и изображала на лице улыбку, будто это было лучшее место на свете.

Они вышли на конечной остановке парома. Альма осмотрелась. Она ещё никогда здесь не была. Над тротуаром возвышались серые кирпичные здания, у входов дежурили строгие охранники. Симон объяснил, что в этой части города находится большинство контор. А Альма про себя надеялась, что ей никогда не придётся работать в месте, где охранники такие свирепые.

Машину на этот раз с собой не брали. «По субботам не грех и прогуляться, подвигаться», – говаривал Симон. Они прошли уже немало, когда Симон остановился на крупном перекрёстке. На другой стороне улицы торжественно белело кирпичное здание. От тротуара ко входу вела широкая блестящая лестница, а по всей ширине фасада выстроились в безукоризненный ряд блестящие колонны. Парламент!

Картинка в учебнике обществознания не передавала всего его величия. Здание казалось одновременно и старинным, и современным благодаря элементам классицизма и сверкающему белому фасаду. На крыше развевался бордово-красный флаг. «ГГ» – значилось на нём золотыми буквами. Габриэлла Грубель.

Когда они пересекли площадь, Симон положил руку Альме на плечо.

— Внутри будь слегка осторожна, – предупредил он.

— Ты о чём?

— Не делай ничего… необычного.

«Необычного», – подумала Альма. Что он имеет в виду? Но Симон уж поспешил вперёд, и Альма едва поспевала за ним.

Вся лестница была изготовлена из сияющего белизной мрамора. Ступени такие начищенные, что Альме было неловко по ним ступать. Лестница вела к двери из тёмного дерева. Она была по меньшей мере раз в пять выше роста Симона. Интересно, для кого такие задумывались, – Альма никогда в жизни не видела, чтобы кто-то был выше её отца.

Пройдя в дверь, они оказались в помещении.

— Некоторым частям этого здания сотни лет, – тихо сказал Симон, будто они шли по церкви. – Когда Габриэлла проводила реконструкцию, она сохранила старинную планировку здания.

Они прошли к дверям поменьше. Здесь по обеим сторонам от двери сидели на страже два охранника в форме гвардии Грубель.

— Доброе утро! – поприветствовал их один.

— Доброе.

— Цель визита в парламент?

— Меня зовут Симон Френг, налогово-акцизный отдел, пришёл на обучение.

— А с вами кто? – спросил охранник.

— Это моя дочь, пришла со мной на работу.

Мужчина почесал нос и оценивающе осмотрел Альму с голову до ног.

— Давайте сюда удостоверение личности, впишу вас в журнал. Думаю, нет нужды объяснять, что парламент – не детский сад. Если она будет замечена за тем, что слоняется по зданию в одиночку или хоть как-то шкодит, выведем её – глазом моргнуть не успеете, потом ещё с органами опеки объясняться будете.

Симон молча кивнул, а Альма начала понимать, что он имел в виду на улице. Этот охранник был куда строже тех, которых она привыкла видеть на улице. Губы у него тонкие, как карандашная линия, а взгляд колючий и пронизывающий. Симон вытащил из бокового кармана бумажник. Выложил его на стойку, достал пропуск, охранник вставил его в считыватель и нажал на кнопку, после чего дверь открылась сама собой. Альма поспешила проскользнуть после Симона, через мгновение металлическая дверь снова захлопнулась за ними.