Книга Золотая клетка, страница 118 – Юй Сы

— Ваше Величество! – министр Вэй вошел широким шагом и остановился, отвесив небрежный поклон. – Вы действительно хотите открыть дело циньвана Цзе?

— Разве у Нас есть выбор? – спросила Мин Сянь, приподнимая брови.

— Конечно, вы же императрица! Эту клевету нельзя поддерживать, иначе… – возмущался Вэй Шаопу.

— Иначе что?

Министр Вэй опешил – до сей поры он никогда не встречал сопротивления со стороны императрицы и, разумеется, не боялся ее ни капли. Сегодня, глядя, как выводят из зала собраний Чжао Тая, который ему в отцы годился, он испытал настоящее потрясение, и в его душу закралось неприятное подозрение, что он теряет контроль над ситуацией.

Видя, что министр не отвечает, Мин Сянь продолжила:

— Дядюшка, Мы же поручили это дело вам и великому советнику. Ян Лэй молод, ему нужна помощь.

Эти слова не успокоили Вэй Шаопу. Он и сам умом понимал, что просто отмахнуться от такого скандала нельзя, особенно теперь, когда весь двор слышал, что письма настоящие.

— Нам надо понять, каким образом на бумагах появилась печать министра Лю.

— Верно, – тут же кивнула императрица. У нее был абсолютно равнодушный вид, глаза полуприкрыты, словно она сейчас провалится в сон. По правде сказать, у Мин Сянь ужасно болела голова, но она знала, что ей не избежать этого разговора. – Вы должны постараться, чтобы очистить имя Нашего верного подданного.

Казалось, все в словах императрицы было правильно, но что-то не давало министру Вэю покоя: словно бы он не мог увидеть общую картину. Он всегда почитал себя за богомола, держащего в своих лапах цикаду^[73], и нынешнее чувство ему не нравилось. Однако императрица была как будто бы вовсе не заинтересована в этом деле и в самом деле передала ему все управление.

— В таком случае… – медленно произнес министр Вэй, чувствуя, как к нему возвращается уверенность, – я не позволю каким-то чужеземцам поколебать стабильность императорской власти и двор!

— Вы совершенно правы, дядюшка, – кивнула Мин Сянь, борясь с желанием помассировать виски. Она даже побледнела – настолько боль одолела ее. Императрице не терпелось избавиться от назойливого родственника в кабинете и попросить Чжоу Су принести что-нибудь от головной боли.

— Однако поручать дело еще и великому советнику… – в сомнениях протянул министр, и Мин Сянь напряглась.

— А что не так?

— Я помню, что именно великий советник тогда поспособствовал тому, чтобы вина за сговор и убийство Второго принца пала на бывшую императрицу Чжэнь и великого наставника, хотя доказательства ясно говорили о виновности простолюдина Мин Сюаня, – произнес Вэй Шаопу, внимательно вглядываясь в лицо царственной племяннице.

— И что вы хотите этим сказать? – нахмурилась та. Столько лет прошло, а это воспоминание до сих пор причиняло ей боль.

— Что великий советник будет вставлять палки в колеса и тормозить расследование, – открыто заявил министр. Он редко бывал столь прямолинеен, и потому Мин Сянь выпрямилась в кресле.

— Великому советнику это без надобности. В конце концов, это дело совершенно его не касается, – твердо заявила она.

— Тогда оно тоже его не касалось… Его вмешательство тогда, пять лет назад, уже подозрительно, и ставить его во главе расследования… Ваше Величество, я считаю, что это опрометчиво, – вкрадчиво заявил Вэй Шаопу.