Книга Медвежий брод, страница 78 – Юй Сы

Словно услышав ее мысли, Григорий обернулся, и его губы расплылись в добродушной улыбке:

— Не бойся, скоро придем. Лес добр к тем, кто не причиняет ему зла.

Нина не знала, причиняла ли она когда-нибудь зло лесу, но ее беспокойство чуть уменьшилось. Безрассудство, спрятанное в ее крови, заставляло ее и дальше переставлять ноги, выискивая места между корягами. Вокруг виднелось множество упавших деревьев, и Григорий, проследив за ее взглядом, сказал:

— Как печально, что деревья обречены еще много лет смотреть на трупы своих товарищей. Должно быть, они страдают.

Нина споткнулась, и Григорий придержал ее за руку. Мысль о том, что они окружены трупами – пусть и телами деревьев – заставила ее кожу покрыться мурашками.

— Осторожнее, – ласково сказал он, погладив ее по плечу.

Эта ласковость вдруг показалась Нине пугающей, но он уже отвернулся и продолжил путь. Нина резко обернулась, но тропа исчезала за спиной, словно ее поглощал лес. Зачем, зачем, зачем она пошла с ним в лес?

Но вот в миг наивысшего раскаяния впереди она увидела огни. Это горел костер, и она заметила тени людей. Они с Григорием вышли на поляну, и он придержал ее за руку, помогая перебраться через упавшее бревно. Нина огляделась: поляна была ей незнакома, здесь по кругу стояли столбы, похожие на те, что были у ручья, а посреди ярко пылал костер. Люди – человек пять – все в черном, с масками животных на лицах. Маски в неровном свете казались живыми, скалясь на Нину. Они как один уставились на нее, и за масками она могла разглядеть их черные глаза. Она инстинктивно положила руки на живот, оберегая его.

— Наконец-то, – произнес кто-то рядом низким голосом. – Мы уже заждались. Все готово, – этот человек махнул рукой, и Нина только сейчас заметила грубо сколоченный стол, на котором громоздились какие-то предметы.

— Тогда начнем, – Григорий подвел Нину к столу и сказал: – Мы будем провожать душу, и тебе нужно повторять за мной.

Та согласно кивнула, потому что ничего другого ей не оставалось. Она видела, как люди собрались вокруг костра, а Григорий набросил медвежью пасть на макушку и опустил голову. Теперь он походил на огромного черного медведя. Он повернулся к собравшимся:

— Братья, сегодня мы провожаем за грань нашего друга и брата Александра Родомилова, – он возвел руки к небу и воскликнул: – Душа чистая, душа светлая, приди же, дабы мы могли отпустить тебя!

Нина осторожно повернула голову, но все было тихо. Только костер потрескивал. Григорий снова вскинул руки и заговорил громче:

— Душа чистая, душа светлая, великий Варк, помоги ей перебраться на тот свет! Помоги, о, хранитель! Убиенную душу Александра меняем мы на душу чистую, душу светлую!

Порыв ветра зашевелил макушки темных деревьев за пределами круга, и Нина поежилась. Григорий повернулся к ней, беря со стола лист:

— Читай, только медленно, не торопись, – он вложил бумагу в ее ладони, и Нина приблизила ее к глазам. Там был какой-то текст, похожий на песню. Значит, в этом ее роль? – Это причитания, что должна читать женщина, – шепнул Григорий.

Нина кивнула и повернула лист к огню, чтобы лучше видеть.