Книга В черной краске становишься черным. Том 2, страница 139 – Юй Сы

Те дни были самыми мирными и счастливыми в жизни Мо Хэ. Целый год, будто полученный взаймы, украденный у кого-то поудачливее, и каждый раз, когда он видел бегущего к нему Шаньцзю, сердце пускалось вскачь от мысли, что все это скоро кончится. Мо Хэ не знал, откуда взялась эта навязчивая идея зыбкости нынешнего мира, но…

Оказался прав.

Все началось со слухов, которые поползли по Поднебесной. Мол, демоны зашевелились: чаще стали показываться яо, духи и мертвецы начали больше беспокоить простых жителей. Смертные и без того погрязли в войне, а нечисть добавляла лишних проблем. Мо Синьчжи порой не чувствовал под собой ног, совершая дальние полеты по разным поручениям и умиротворяя нечисть целыми толпами. Шаньцзю часто напрашивался с ним, хотя с мечом управлялся плохо, как ни старался его научить Синьчжи. Он всегда говорил: «А-Чжи меня прикроет, если что, зачем мне меч?» – и смеялся. Мо Синьчжи качал головой и говорил, что шиди совсем глупый.

Однажды он вернулся поздно ночью совершенно измотанный. Учитель отправил его в деревушку Цзянчжоу, где стали пропадать дети. Целых три дня Мо Синьчжи выслеживал по темной ци убийцу – и обнаружил яо. Это был жэньлан^[159], который сожрал деревенского дурачка и принял его облик, спрятавшись в Цзянчжоу. Лишь благодаря одному из жителей деревни, который заметил странное поведение дурачка, удалось раскрыть виновника. Яо оказался очень сильным – и впервые Мо Синьчжи столкнулся не с нечистью, а с существом, которое тоже умело совершенствоваться. Жэньлан был еще молод и не успел сожрать столько людей, чтобы завершить свое золотое ядро, но Мо Синьчжи поразился мощи демона.

Он был ранен, истощен и с трудом добрался до ордена. Шаньцзю сразу же примчался к нему, прослышав, что шисюн вернулся.

— Синьчжи! Небеса, да как ты добрался?! – Шаньцзю распекал его за то, что он не послал сообщение о своем состоянии и, наплевав на все, пролетел сотню ли. Шиди уложил его в кровать и принялся обрабатывать раны.

Мо Синьчжи не сопротивлялся, только вздрагивал, когда холодные пальцы касались ран.

— Больно? – спросил Шаньцзю, накладывая тонким слоем заживляющую мазь на рану на животе. Его пальцы замерли на четырех ужасных царапинах, которые ярко алели на боку. – Это был волк? – вдруг спросил Шаньцзю и поднял взгляд. В его блестящих глазах мелькнуло что-то непонятное Мо Синьчжи, и тот просто кивнул. – Цзянчжоу?

Получив еще один кивок, Шаньцзю опустил глаза, разглядывая царапины. Мо Синьчжи смотрел на его длинные ресницы, скрывающие блестящие глаза. А затем Шаньцзю будто ни в чем ни бывало игриво ткнул в рану пальцем, заставив шисюна судорожно напрячь пресс, и обмотал царапины бинтом.

— Тебе запрещено раниться в будущем, – серьезно сказал Шаньцзю. – И не переоценивай свои силы, ты не всесильный заклинатель и еще так молод. Нет нужды в одиночку сражаться с яо! Почему все остальные отправляются на миссии в команде, а ты всегда один? И меня не берешь с собой! В следующий раз возьми шисюна Вэня и остальных, если не хочешь моей компании. Я бесполезен и правда буду мешаться, но нельзя же так рисковать…

Мо Синьчжи протянул руку и похлопал шиди по тыльной стороне ладони.

— Ты не бесполезен, у всех свои таланты. Я мечник, а ты… думал, кем хочешь стать?