Книга Клеа и месть призраков, страница 79 – Эвелин Бризу-Пеллен

Хоэль тоже попробовал встать, как каменный.

Я не хотела говорить о том, что меня больше всего тревожило, но сама, не знаю, как, всё-таки спросила:

— О Лиаме есть какие-то новости?

Доктор Граф потеребил пучок волос у себя над ухом.

— Нет, пока нет.

— Почему такси не доставило его обратно?

— Во время их путешествия Архангелу пришлось срочно ехать за новеньким, он подумал, что Лиам вернётся с помощью Карты. Но к сожалению, Карта непредсказуема.

Сердце у меня болезненно сжалось.

— Карта ненадёжна? А Лиам об этом знал?

— Конечно. У него уже были с ней нестыковки.

— Неужели? А он мне ничего не говорил!

Но даже если бы и говорил, я бы его не услышала. В тот момент я вообще никого и ничего не слышала.

Доктору хотелось меня успокоить.

— Кристоф уже смотрел Карту, хотел разобраться, почему происходят сбои. Но, к сожалению, он не биолог.

— А при чём тут биология? Это же электроника!

— В том-то и дело, что Карта сродни живой материи. Когда Лиам в неё входит, в ней образуется проход, который потом медленно затягивается, как рана на коже. Если он остаётся во внешнем пространстве слишком долго и заживление началось, Карта не отзывается. А если её используют слишком часто, она устаёт.

Доктор Граф вышел из кабинета вместе с Хоэлем, он хотел что-то показать ему, отвлечь, успокоить, а я осталась сидеть в его кабинете полном смятении. Подошла к Карте, нашла Бретань, но у меня, конечно, ничего не получилось, я не могла по ней перемещаться.

Лиам, где же ты?

Что бы ни случилось, виновата я! Мелкая подлая эгоистка, которая только и думает, что о своих проблемах!

В отчаянии я положила палец на Брест, хотела попробовать войти, ни о какой опасности и не думала. Но произошло что-то жуткое: палец прилип к Карте, как будто к мощному магниту, меня пронзила острая боль и охватил жар. Мне показалось, что внутри у меня вспыхнул огонь. Я закричала… И потеряла сознание.

Хоэль распахнул дверь смаху. Я лежала у себя на кровати, сама не зная, как на ней оказалась.

— Фургон! – закричал Хоэль. – Всем срочно в Оружейную комнату!

Фургон привозил только опасных призраков, но я всё равно не могла шевельнуть ни рукой, ни ногой. Я перенесла электрошок такой силы, что не будь я уже мёртвой, я бы не выжила. Но раз мне уже никогда не увидеться с Лиамом, какая мне разница, что со мной будет дальше. Я собралась с силами и прошептала:

— Не могу идти. Беги сам. И закрой за собой дверь.

Хоэль секунду поколебался.

— С тобой останется Клад, – решил он.

С его стороны это было очень великодушно, потому что Клад был ему гораздо дороже меня.

Я лежала на кровати очень слабая и очень несчастная. Клад вытянулся возле кровати на полу и пристально с тревогой следил за дверью.

Когда он вдруг вскочил, у меня не хватило сил испугаться. Но вошёл, к счастью, Леонид. Зато от его слов у меня чуть обморок не случился.

— Лиам вернулся!

Затуманенный мозг охватило лихорадкой.

— Его привез фургон, – добавил он.

Я с трудом выдавила:

— Фургон?.. Лиам… что, потерял душу?

— Скажешь тоже! Лиам повстречал фургон по дороге, его согласились подбросить заодно с серым призраком. Сейчас разговаривает с доктором Графом, что-то ему рассказывает.

Леонид вышел. Он не из ордена братьев милосердия, что правда, то правда. Но правда и другое: за мою жизнь теперь волноваться не приходится, мне надо просто подождать, и я оклемаюсь. Но у меня не только всё болело, я ещё и дышала с трудом.