Книга Улыбайтесь - вы в Египте!, страница 43 – Елена Серебрякова

«Стерве» Ашраф тоже был неприятен. Она самого начала встречи почувствовала тщательно скрываемый пожар. Иринка сразу определила, что сердечную боль бередит ни кто иной, как Нонна. Определила по глазам: по страдающему взгляду в Нонкину сторону и пренебрежительному — в сторону остальных. Мужчина должен взирать на женщину или влюбленно, заинтересованно, с уважением и почтительно, или с ненавистью, что тоже является чувством, которому до любви один шаг. А тут — явное безразличие! «Умные мужики себя так не ведут, если собираются заниматься каким-никаким бизнесом с женским коллективом» — думала «стерва». «Кроме Нонны, ему тут все до едрени фени, а у нее гарем формируется со скоростью света. Очень, очень неблагоприятный фактик для нашего предприятия. Сколько мы здесь продержимся, интересно?»

— Чего? — Милкины глаза расширились до размера стекол в очках.

— Я стала женщиной, — смущенно повторила Лана.

— Вот те на! Опять я позади планеты всей! — расстроилась Мила. — Почему узнаю последняя, как всегда? — ее маленький курносый пятачок обиженно засопел.

— Да как только меня превратили в женщину, я сразу к тебе и пришла. Не далее как три часа назад свершилось…

— А-а-а… — Милка моментально успокоилась. — Ну, рассказывай!

Новоиспеченная женщина лежала на кровати, задумчиво разглядывая потолок:

— Про что?

— Как про что?! — Милка нетерпеливо прыгнула к Ланке на кровать и закопошилась там, устраиваясь поудобнее. — Про твое чудесное превращение! Волшебник-то кто?

— Максик, — выдохнула подруга.

После школы Лана поступила в кулинарное училище. Не то чтобы она страстно желала стать поваром или кондитером, просто ткнула пальцем в справочник и попала на это интересное учебное заведение. Таким незатейливым образом был решен наболевший вопрос о ее дальнейшем обучении.

Мама Ланы пыталась узнать, кем та хочет стать, о чем мечтает, но Ланка только пожимала плечами: кем стать — понятия не имеет, ничего она не хочет…

— Как ты себя видишь в будущем? Что ты делаешь? Чем занимаешься? Ведь должны же быть какие-то желания, мечты? Как ты представляешь себя? — не унималась Надежда Петровна. Лана надолго задумывалась, но никаких картин желанного будущего, кроме дома, детей и тихих семейных вечеров, в голове не возникало… Ничего близкого к выбору профессии.

Поступив в кулинарное, она даже обрадовалась: если и не работать поваром, все равно полезно научиться готовить. Было интересно слушать про борщи, котлеты, ингредиенты, кашеварить на специальных практических уроках и потом пробовать свою и чужую стряпню. Проникнувшись кулинарией, она купила симпатичный блокнотик, где на обложке красовался держащий в руках половник боцман Рома с украшением в виде влюбленного попугая на плече, и старательно заносила туда все рецепты, что находила в журналах и газетах.

Буквально в первый же месяц хорошенькая Лана покорила всех немногочисленных парней в данном учебном заведении. Они не могли пройти мимо светлого, в кудряшках, стеснительного и почти эфемерного создания с хрупкой фигуркой. Ей пытались понравиться, старались завладеть ее вниманием, говорили комплименты и передарили все цветы с клумб перед зданием училища. Ланка же, не в силах бороться со стеснением, отмалчивалась в ответ на предложения пойти в кино или парк, а то и вовсе убегала от слишком настойчивых. Но от Максика убежать не смогла. Тот просто взял Лану за руку, усадил за свою парту и не отпускал ни на миг. Так и началась их дружба. Сначала Лана думала: «Ну, ладно… Посижу за одной партой, раз так хочет. Мне не мешает…», но не умея отказывать в лоб, досиделась до того, что именно Максик стал «волшебником».