Книга Искры осени, страница 43 – Л. В. Риверс

Брови поползли вверх.

Прежде чем я обогнула стойку, он прочистил горло и принялся читать.

— «Он навис над ней, тени лизали камень, рога склонились вперед, когда он прижал ее к стене когтистой ладонью. Скажи, что хочешь моих клыков, маленькая звезда». Это у вас такие книги продаются?

— Дин, — зашипела я, бросаясь к нему.

Он ловко увернулся, даже не глянув на меня, а значит, голос прозвучал по всей лавке идеально.

— «Она попыталась держаться смело. Я не боюсь чудовищ, — прошептала она. Он рассмеялся. Отлично. Потому что я буду пожирать тебя, пока ты не забудешь свое имя». Нравится мне ход его мыслей.

— Отдай, — сказала я, пытаясь не смеяться и проваливаясь со стыда. Я тянулась к книге. Он держал ее высоко. Я невысокая. Жизнь несправедлива.

В рядах Майк поднял голову и заулыбался, будто Рождество пришло раньше.

Дин сделал два шага назад, глаза лукавые, и продолжил драматическим тоном, от которого у меня заболел живот.

— «Он пробовал ее страх на вкус, как сахар. Ее необходимость, как вино. Он сказал: откройся для меня, маленькая звезда, и она…»

— Дин Беннет, — выдохнула я, — если ты прочтешь следующую строчку в моей лавке, я тебя забаню пожизненно.

Он чуть откинул книгу от моей руки и все равно продолжил:

— «…И она раскрылась, как ночной цветок, готовая принять его огром…»

Я рефлекторно прижала ладонь к его рту. Он рассмеялся мне в руку, и, возможно, моя жизнь уменьшилась сразу на пару лет. Он выглядел слишком довольным собой. Форма не помогала. В глазах плясало мальчишеское озорство, которое следовало бы запретить законом.

— Простите, — раздался ровный, суховатый голос. — Молодой человек.

Мы оба замерли. Медленно Дин опустил книгу. Медленно повернулись.

Кэрол стояла, сложив руки на набалдашнике трости, которая ей не была нужна, но служила условностью. На лице — чистая светская матрона: вежливая и непреклонная. Ее синие глаза метнулись к книге, потом к лицу Дина.

— Это моя книга, — сказала она.

Челюсть Дина чуть приоткрылась. Взгляд метнулся от скромной цветочной обложки к элегантной женщине в жемчуге, потом обратно, потом снова к ней. Он выглядел как человек, у которого только что вывалилось из окна готовое представление о мире.

— Вы… это… ваше, — произнес он слабо.

— Разумеется, — сказала Кэрол. — Буду признательна, если вернете без заломов. Загнутые уголки я не терплю.

Майк хмыкнул за полкой спортивных мемуаров, а потом кашлянул, пытаясь замаскировать. Не вышло.

Дин подал книгу обеими руками, как дар.

— Мэм, — сказал он. — Простите за… художественное чтение.

— Художественное? — Кэрол задумалась. — Я бы назвала его восторженным. Если хотите пробоваться на аудиоверсию, советую меньше пауз. — Она ловко убрала книгу в сумку. Потом похлопала Дина по предплечью. — Форму вы носите прекрасно, дорогой. Старайтесь не пугать хозяйку лавки.

— Постараюсь, — сказал он, румянец тронул скулы.

Я смеялась так, что пришлось поставить стакан. Стерла слезы тыльной стороной ладони и попыталась взять себя в руки.

— Вы двое, — сказала я, указывая на Дина и Майка. — У нас книжная лавка, а не паб.

Майк подошел ближе, захлопнув свою покупку.

— Я ничего не сделал, — сказал он. — Вел себя образцово.

Дин облокотился бедром о стойку и посмотрел на меня поверх края моего стакана. Магазин расплылся по краям. У него был такой взгляд, который превращает людное помещение в маленькую комнату. Я почти физически ощущала, как Кэрол следит за нами взглядом взад-вперед, как за теннисным мячом.