Книга Использованная жена дракона. Дети без имени, страница 43 – Майкл Скофилд

Теперь подумала иначе: пусть Таргард наконец увидит, на чьей земле стоит.

Утром они выехали к замку.

Башня Варр осталась за спиной, но уже не казалась брошенной. В чаше у камина пламя догорело само только на рассвете. Саяна перед отъездом коснулась ладонью стены и сказала:

— Мы вернемся.

Ирсена не стала поправлять.

Эймар положил у порога сухой соляной цветок из Рахша.

— Чтобы дом знал, где мы были, — объяснил он.

Ровен ждал у повозки.

Когда дети подошли, он не помог им без спроса. Сначала посмотрел на Ирсену. Она коротко кивнула. Тогда он подал руку Эймару. Мальчик поколебался и взял. Потом Саяне.

Дочь посмотрела на его ладонь так, будто там могла лежать ловушка.

— Я сама.

— Конечно.

Она залезла в повозку сама, но потом высунулась и сказала:

— Но мог бы подержать ступеньку.

Ровен тут же придержал ступеньку.

— Так?

— Теперь уже поздно.

Он убрал руку.

— Понял.

— Нет, услышал.

— Услышал.

Саяна удовлетворенно скрылась внутри.

Ирсена проходила мимо Ровена последней.

— Она будет тебя мучить.

— Заслуженно.

— Не все, что она делает, заслуженно. Иногда ей шесть лет.

Ровен посмотрел на повозку.

— Я постараюсь помнить.

— Постарайся лучше, чем раньше.

— Да.

Дорога к Таргарду шла через мертвый лес и дальше к северным скалам. К полудню земля начала темнеть, воздух стал холоднее, а на горизонте выросли первые башни замка.

Ирсена увидела их издалека.

Сердце не дрогнуло.

Оно сжалось.

Замок Таргардов стоял на черной скале, огромный, тяжелый, с высокими стенами и башнями, похожими на застывшие крылья. Над ним кружили драконы — не много, но достаточно, чтобы небо казалось занятым чужой властью.

Саяна прилипла к окну.

— Там нас родили?

— Да, — сказала Ирсена.

Эймар тоже смотрел.

— Там много закрытых дверей.

— Больше, чем нужно, — ответила она.

Повозка замедлилась у внешних ворот.

Ровен подъехал ближе. Теперь он был ровно рядом с окном, как Ирсена приказала ночью. Не впереди. Не сзади.

Рядом.

У ворот уже ждали люди.

Много.

Стража, слуги, чиновники совета, несколько старших родичей. И среди них — женщина в темном платье хранительницы, с книгой у груди.

Вейра Шенн успела раньше.

Конечно.

Саяна тихо сказала:

— Опять железо.

Ирсена взяла детей за руки.

— Помните: вы не просите войти. Вы возвращаетесь за тем, что у вас отняли.

Эймар кивнул.

Саяна сжала пальцы матери.

— А если назовут нас бастардами?

Ирсена посмотрела в окно.

Вейра стояла у ворот, спокойная и готовая. Рядом с ней — высокий седой мужчина в красно-черной мантии совета. Его лицо Ирсена не знала, но взгляд узнала сразу: так смотрят люди, которые считают детей вопросом наследования, а мать — осложнением.

— Тогда, — сказала Ирсена, — мы заставим их проглотить это слово при всех.

Повозка остановилась.

Ровен спешился.

Не у ворот.

У дверцы.

И подал руку не детям.

Ирсене.

Площадь перед замком притихла.

Ирсена посмотрела на его ладонь.

Поняла, что он делает.

Не зовет ее как жену. Не изображает примирение. Не присваивает. Показывает всем: она выходит первой.

Она приняла его руку.

Только на миг.

Только чтобы выйти.

Камень Таргарда под ногами оказался таким же холодным, как шесть лет назад.

Но теперь за спиной Ирсены стояли Эймар и Саяна.

А в ее дорожном футляре лежали печать Варр, письмо отца и строка, способная взломать всю красивую ложь драконьего рода.