Книга Невеста безумного тирана: Спасти злодея. Книга 1, страница 2 – Валентина Зайцева

Единственным утешением было то, что, когда Каллум не пребывал в припадке ярости, он не был со мной скуп. Напротив, его щедрость граничила с одержимостью. Каким бы безумным и жестоким ни был Регент, в его дворце я была окружена роскошью, о которой даже принцессы крови не смели мечтать. Он словно пытался откормить жертвенного ягненка перед закланием самым изысканным кормом.

В моих покоях всегда горели серебристые угли высшего качества — они давали ровное тепло без едкого дыма, столь пагубного для моих слабых лёгких. Воздух был напоен редчайшими благовониями, которые доставляли караванами из-за моря; их аромат — смесь сандала, мирры и чего-то неуловимо сладкого — был таким глубоким и чистым, что его не сыскать было даже в императорских залах Остерхольда.

Мои платья шили из тончайшего шёлка, который ощущался на коже как прохладная вода, стекающая по телу, а шкатулки ломились от драгоценностей: каплевидные жемчуга величиной с перепелиное яйцо, кровавые рубины, напоминающие застывшие капли вина или крови, и бриллианты чистой воды, каждый из которых стоил целого состояния. Даже еда на моём столе была искусством — заморские плоды, покрытые инеем, нежнейшие сладости в виде цветов и редкие деликатесы подавались на тонком фарфоре, прозрачном, как лед. Каллум словно пытался компенсировать весь тот ужас, что он сеял вокруг, превращая мою жизнь в прекрасную, но абсолютно безжизненную витрину.

Терпимо. С этим можно было жить, пока я не смотрела в его глаза, где плясали тени чистого безумия.

Я лениво перевернула страницу, когда вошла служанка. Марта протянула мне приглашение с тяжелым золотым тиснением и осторожно произнесла: — Госпожа, этим утром прислали весточку из поместья барона Торна.

Варкас Торн, заместитель министра по налогам, был моим дядей по матери. Если я правильно помнила, сегодня он праздновал день рождения. Дядя был человеком жадным и скользким, как намыленная гадюка. Когда мои родные погибли, я была вынуждена искать защиты в его доме. Я не сомневалась: именно он приложил руку к тому, чтобы меня «подарили» Каллуму Рейну в обмен на налоговые льготы. Это была рана, которая никогда не заживёт.

Я уже собиралась отбросить приглашение, как вдруг заметила странную деталь. Между плотными листами была спрятана тонкая, почти прозрачная записка. Стоило мне развернуть её, как сердце пропустило удар, а затем забилось в бешеном ритме.

В этом мире был лишь один человек, который, не будучи мне кровным родственником, рискнул бы жизнью ради меня. Адриан Август. Сын канцлера, мой друг детства, чьи идеалы всегда были слишком светлыми для этой гнилой империи. Я знала его почерк так же хорошо, как свой собственный — размашистый, уверенный, с едва заметным наклоном вправо. Каждая буква была пропитана безрассудной решимостью. Семь слов обожгли мне глаза, как капли расплавленного металла: «Будь у Торна. Я спасу тебя. Жди».

Первым моим чувством была не радость, а дикий, леденящий ужас. О чём думает Адриан? Ему что, жить надоело в столь юном возрасте? Решил проверить, насколько красиво он будет смотреться на люстре рядом с наемницами?

Я немедленно швырнула записку в жаровню, где тлели серебристые угли, и яростно размешала пепел, пока от послания не осталось и следа. Сердце колотилось в горле, мешая дышать.