Книга Инкуб на сессию, страница 76 – Аника Ледес

— Лея, — сказал Риэль, когда мы шли к метро. — Можно спросить?

— Валяй.

— Вам правда было смешно? Ну, с крылышками?

— У меня чуть инфаркт не случился от смеха, — честно сказала я. — Я чуть не лопнула прямо там, перед ним. И знаешь что? Он сказал, что моя подача была незабываемой.

Риэль посмотрел на меня с удивлением.

— Он сказал «подача незабываемая»?

— Да. И улыбнулся. Почти.

— Альтаир не улыбается, — нахмурился Риэль. — Он не умеет.

— Значит, я его научила, — усмехнулась я. — Так что, может, не всё так плохо?

— Может быть, — сказал Риэль, но в его голосе не было уверенности.

— Кстати, — вспомнила я, — а сколько ему вообще лет?

— Альтаиру? — Риэль задумался. — Около семисот пятидесяти, кажется. Он не любит говорить о возрасте.

Я споткнулась на ровном месте.

— СКОЛЬКО?!

— Семьсот пятьдесят, — повторил Риэль, подхватывая меня под локоть. — Примерно. Я точно не помню.

— То есть этот человек, который только что принимал у меня экзамен, родился в тринадцатом веке?

— Ну... да, — сказал Риэль. — Где-то так.

— И он выглядит на пятьдесят.

— Инкубы стареют медленно, — объяснил Риэль. — Очень медленно. И могут корректировать внешность магией, если захотят. Альтаир предпочитает выглядеть солидно. Говорит, что так студенты больше доверяют.

— Студенты? — переспросила я. — А как же клиенты? Ну, в смысле... Он же инкуб. Разве он не...

— Лет триста назад он отошёл от работы с клиентами. Говорит, что устал от «вечного спектакля», как он это называет. Теперь только преподаёт. И, кажется, счастлив.

— Триста лет назад, — повторила я. — Он устал от работы триста лет назад и теперь просто учит таких, как ты. И таких как я.

— Ну да.

Я попыталась представить, что значит — устать от работы, которая тебе надоела, и просто уйти. Триста лет назад. Когда в Европе соборы строили. Когда...

— Охренеть, — выдохнула я.

— Что?

— Ничего. Просто... охренеть.

— А тебе сколько? — спросила я, глядя на него новым взглядом.

— Мне восемьдесят три, — сказал Риэль.

— То есть ты старше меня в три раза?

— Примерно так, — кивнул он.

Я посмотрела на него. Восемьдесят три года. Старше моей бабушки. За его плечами — целая жизнь, о которой я ничего не знаю. Академия, архив, переквалификация, Маркус, бесконечные попытки быть кем-то другим.

— Риэль.

— Да?

— Ты старый, — усмехнулась я, потрепав его по волосам.

— Я знаю, — вздохнул он, глядя в отражение на испорченную мной прическу.

Я рассмеялась. Он улыбнулся. И на мгновение мне показалось, что всё будет хорошо. И экзамены, и переаттестация, и Альтаир с его внезапным благословением.

Мы дошли до метро, спустились в подземку, проехали две станции. Когда вышли на улицу, я вдруг заметила витрину — маленькую лавку с керамикой, ручной работой.

— Риэль, — сказала я, останавливаясь.

— Что?

— Ты обещал мне новую кружку.

Он посмотрел на витрину. Потом на меня. В его глазах мелькнуло облегчение — кажется, он боялся, что я буду обсуждать Альтаира и его возраст до самого вечера.

— Идём, — сказал он.

Внутри было тепло и пахло глиной. Полки ломились от кружек всех форм и размеров — смешных, с ушами, с надписями, с рисунками животных. Я прошлась между стеллажами, разглядывая, перебирая, прикидывая.

И остановилась.

На нижней полке стояли две.

Одна — тёмно-синяя, с золотистыми крапинками, похожими на звёзды. Вторая — кремово-белая, с такими же крапинками, только серебристыми. Они стояли рядом, и было ясно, что они задуманы как парные.