Книга Медовый дом княжны Полины, страница 46 – Эва Гринерс

Я подпрыгнула на стуле и взглянула на Рахманова. Тот понимающе кивнул мне и произнес:

— Видишь ли, Пётр Фёдорович, дочку мою интересует некая особа… в офицерском чине, состоящая на службе в полку, который сейчас участвует в боевых действиях. Так вот, не мог бы ты как-то посодействовать в том, чтобы сообщать нам известия об этой части?

Генерал в задумчивости постучал пальцами по столу.

— Да, собственно… Почему нет? Думаю, я могу это организовать. Буду посылать к вам одного из моих денщиков, как только что-то будет появляться…

— Спасибо, спасибо, милый Пётр Фёдорович! - я благодарственно сложила перед собой ладошки.

— Ну вот и славно, - удовлетворенно произнес князь. - Давай-ка мы с тобой, Петя, выкурим по трубочке, да в шахматишки перекинемся. А детей отпустим, пусть развлекаются по-своему.

Тут я вспомнила, что обещала Авдотье прогулку.

— Папенька, - решила я осовременить прежнее обращение к батюшке, - а дозволь нам с Авдотьей взять экипаж и прокатиться по городу? Мы далеко ездить не станем. И Настю с собой возьмём, чтоб тебе спокойней было. Она и места нам покажет.

— Тогда уж и Дмитрия не забудьте. Что ж он один скучать тут станет? Опять же, под защитой офицера вам еще надёжней будет. Езжайте.

Я повернулась к Мите.

— Дмитрий, подождите нас здесь, мы скоро спустимся!

И побежала наверх.

Князь с генералом изрядно надымили в зале. Перекидываясь шутками-прибаутками и попеременно произнося: «А мы вот так!» и «Эвона что...», они неспешно передвигали фигуры, явно наслаждаясь обществом друг друга.

А вот Митя заскучал. Потому, завидя меня в сопровождении Авдотьи и Ксении, немедля вскочил с дивана. Чмокнув папеньку в щеку, я кивнула Дмитрию, и мы вчетвером проследовали к выходу.

Погода была прекрасной. Именно такой, какую описал великий поэт: «Мороз и солнце - день чудесный!». Чистейший снег, укрывший землю толстой шубой, искрился в ярких лучах. Но главное - совершенно не было ветра, что для балтийских берегов даже летом редкость.

Запряжённая двойкой карета уже ждала нас. Возница, клевавший до того носом, встрепенулся и приосанился.

— Куда изволите, барышня? - донёсся его голос.

— Погоди, голубчик, сейчас решим, - сказала я.

Мы устроились на мягких сиденьях: сзади - мы с Митей, напротив - Авдотья и Настя.

— Настенька, - обратилась я к горничной, бывшей в данный момент при мне кем-то вроде дуэньи, - ты же подскажешь нам места поинтереснее?

Не успела та ответить, как откликнулся Митя:

— Так давайте я вам всё покажу и расскажу! Я всё в городе знаю: и что где есть, и что где строится!

— Вот и славно! - обрадовалась я. - Вы, Дмитрий, еще и объясните нам всё, как специалист. А давайте сначала поедем на стрелку, там красиво!

— На стрелку? - задумался было юноша. - Ах да, на мыс... - он оживился. - Ну конечно! Оттуда видно сразу обе Невы: и крепость, и зимний дворец Петра Алексеевича, и Исаакиевскую церковь...

Наверное, он бы ещё долго продолжал перечислять, но я уже высунулась в окошко и велела кучеру ехать, куда было решено. Тот вздёрнул вожжи, и кони побежали лёгкой рысцой. Полозья легко скользили по ровной накатанной дороге, и нас совершенно не трясло, как было бы летом. Словно угадав мои мысли, Митя заметил:

— Это даже хорошо, что вы к нам первый раз зимой приехали.