Книга Внезапно многодетная... Пышка!, страница 21 – Ольга Коротаева

— Спасибо, доктор, — тру лоб дрожащей рукой, чувствуя, как к лицу возвращается нормальный, здоровый цвет. — Передайте этому ди… пациенту, что если он решит ещё раз так симулировать ранение ради трёх дней отдыха на госпитальных харчах, я приеду и лично вколю ему кубик магнезии в правое полупопие.

Сбрасываю вызов и сползаю по стенке прямо на кухонный линолеум. Сашка тут же подходит, держась за остатки кухонной стенки, и с преданным взглядом выплёвывает мне на колени откуда-то добытые шурупы.

— Ну что, малыш? — я машинально проверяю, все ли шурупы он выдал, не ждать ли остальные с другой стороны, а потом треплю этого живчика по редким волосам. — Твой папаша снова подтвердил статус главного везунчика этой осени. Живой!

Внутри всё ещё мелко подрагивает от остаточного ужаса.

Напугало меня не то, что придётся и дальше тащить эту лямку, а то, что этих пацанов у меня могли отнять. Ловлю себя на этой мысли и внутренне матерюсь.

Всё. Пропала Колода. Железная броня дала течь, и туда хлынула банальная, пугающая привязанность.

— Так, штаб! — поднимаюсь на ноги, возвращая телу привычную монументальность. — В ружьё! Денис, бросай свои прописи, у нас спецзадание повышенной важности. Михаил говорил, через волонтёров можно передать видео-привет в госпиталь. Будем записывать контент для раненого бойца.

Через полчаса в гостиной разворачивается съёмочная площадка. Я устанавливаю смартфон на штатив, предварительно вытерев объектив от следов детского пюре. В кадре — весь наш наличный состав ОПГ.

— Так, все смотрят в чёрный кружочек, — командую, включая запись. — Денис, улыбайся, ты не на допросе в НКВД. Пашка, убери палец из носа брата, отец и так контужен, не надо добивать его визуальным шоком.

Денис выступает первым. Он выходит вперёд, усердно машет рукой в камеру и выдаёт чёткий, как на параде, рапорт:

— Пап, привет! У нас всё нормально. Я получил две пятёрки по математике. Тома научила меня варить пельмени, они почти не развалились. Мы тебя ждём, выздоравливай!

Следом в кадр вваливается тяжёлая артиллерия. Близнецы, завидев мерцающий экран, устраивают форменный штурм штатива. Пашка радостно агукает, демонстрируя камере свои два беленьких нижних зуба, а Сашка усердно дует пузыри и пытается отодрать защитное стекло.

Синхронность у парней по-прежнему потрясающая — орут не по делу, но исключительно командно. Кот Иннокентий тоже попадает в кадр, и его пушистый хвост величественно проплывает на заднем плане, символизируя стабильность домашнего очага.

В конце записи в кадр вхожу я. Мои сто десять килограммов домашнего трикотажа заполняют собой примерно две трети экрана. Беру близнецов под мышки, смотрю прямо в объектив своим фирменным, врачебным взглядом, от которого у интернов обычно подкашиваются коленки, и сухо говорю:

— Ну привет, Колодин. Ранение мы твоё заценили, справку из госпиталя примем к сведению. Парни, как видишь, укомплектованы, досмотрены и готовы к дальнейшей эксплуатации. Короче, Олег. Мы тут ждём. Так что давай без глупостей там. Залечивай свои мягкие ткани и возвращайся в расположение части. Конец связи.

Выключаю запись и отправляю файл по нужному номеру.

Дело сделано.

Жизнь продолжается, и декрет Колоды переходит в стадию ожидания главного раненого.