Онлайн книга «Тигровый, черный, золотой»
|
— Ломовцев! – выдохнул Сергей. – Вот сволочь… У тебя есть какие-нибудь догадки, что произошло? А это что еще такое? Его вопрос относился к фотографии, которую Макар вывел на экран. — Это прислали мне двадцать минут назад, – сказал Илюшин. – Колье, которое принадлежит клиентке Тарасевича, Лидии Белых. — Той, которая видела его последней? Помню, да. И что? Какое отношение оно имеет к картинам? — Непосредственное, – сказал Илюшин. – Слушай, это ведь действительно очень смешно! — Что именно? — То, что художники привезли пять картин Ломовцеву, Анаит Давоян удачно купила по случаю старые антикварные рамы, Тарасевич пытался обмануть своего постоянного клиента, а Ясинский был нечист на руку. — И что в этом смешного? — Расскажу по дороге, – пообещал Макар и поднялся. – А теперь поехали, Серега. Нам предстоит выколотить из этих паршивцев, где они прячут картины. Хотя я, кажется, догадываюсь! * * * Анаит бежала до метро, бежала по платформе, и она бежала бы даже в вагоне, если б это могло ускорить его движение. Невыносимо сидеть и ничего не делать! Ее всегда изумляли люди, бегающие под музыку. У Анаит в любую секунду, когда бы она ни пожелала, в голове начинали греметь боевые тамтамы. Там! Та-ба-да-ба-дам! Та-ба-да-ба-дам! Та-ба-да-ба-дам! До пульсации в ушах. До озноба, от которого приподнимаются волоски на руках. У нее будут картины. Акимов нашел их! Она вернет их Бурмистрову, она явится победительно в его дом и вручит их ему, ничего не требуя взамен, и тогда он раскается и бросит к ее ногам новое предложение о работе! Она не рухнет, как подстреленная белка-летяга, а опишет плавный круг и приземлится на то же место, откуда ее спихнули. Никто и не заметит! Анаит не в силах была сидеть. Она вскочила, заняла место напротив выхода. Когда она в спешке собиралась, в комнату заглянула мать и недовольно сказала, чтобы Анаит это прекратила. «Что – это?» – спросила Анаит, прекрасно знавшая ответ. «Вести себя как полоумная девчонка». Потому что Анаит подпрыгивала, расшвыривала вещи, хлопала дверцей шкафа, принималась распевать, – в общем, вела себя как плохо управляемый подросток, а не почти взрослая женщина двадцати пяти лет. Всю жизнь ее бедная мама пыталась обуздать младшую дочь. «Ты же девочка!» Когда Анаит стала старше, ей пришло в голову, что мать таким образом оберегает ее от отцовского гнева. Когда отец начинал сердиться, он способен был уничтожить Анаит двумя-тремя едкими фразами. Мать повторяла, что Анаит есть с кого брать пример. Сестры всегда ведут себя с достоинством. Особенное достоинство, надо думать, проявляется в том, что у старшей сестры уже двое детей и она постоянно говорит о третьем, который пока «в проекте». Анаит обожала племянников. Но когда она, играя с мальчуганами, ловила на себе мамин взгляд, ей хотелось наорать на обоих и отправить в угол. Вырвавшись из дома, Анаит помчалась к станции метро, не в силах ждать трамвая. Медленно, медленно! Как же все медленно! Как Акимов ухитрился их отыскать? Где? Анаит перелистывала в уме страницы комикса. Мирон преследует банду в черном «Мерседесе». Мирон проникает в логово грабителей: подземелье, повсюду вода, из щелей в потолке падает тусклый свет. Мирон с револьвером обезоруживает мерзавцев… «А можно просто вообразить “Джеймса Бонда” с Мироном в главной роли». |