Книга Гостиница, страница 107 – Кит Даффилд

Знаю, мы едва ли встретимся. Не стоит мне мучить себя мыслью об этом. И все же иногда в ночной тишине я прислушиваюсь к стуку своего сердца и разрешаю себе помечтать: я представляю, что однажды Руско вернется домой.

Я в ужасе смотрю, как рукоять ножа двигается в такт дыханию Бет, а по ее блузке расползается кровавое пятно.

За лесом вопит пожарная сигнализация.

— Господи!

Скорее поднимаюсь на ноги и чуть не падаю снова, поскользнувшись.

Глаза Бет стали огромными, она подносит дрожащие руки к ножу.

— Я не… что… Вытащить его?

В панике хватаюсь за голову. Да я понятия не имею, что будет, если вытащить нож из раны! Ей станет хуже? Кровь хлынет сильнее?

— Что ты натворила?

Где-то позади дрожит от злости знакомый голос. Это Матео.

— Нет… – А вот и Роза. – Джорди! Только не это!

Два моих бывших лучших друга с лицами, запорошенными снегом, замерли на краю поляны, разинув рты от ужаса. За ними стоит, шатаясь, Джеймс и трет глаза. Вдалеке пробираются сквозь подлесок, перелезая через упавшие деревья, две темные фигуры, мужчина и женщина.

Опускаю глаза, смотрю на нож, на свои дрожащие руки. Они все в крови.

— Погодите… нет…

— Окончательно тронулась, – шипит Матео с отвращением и поворачивается к Розе. – Вызывай «скорую». И полицию.

— Боже мой!

Джеймс бредет к нам по снегу, растерянно моргая, словно только начал осознавать увиденное. Он до сих пор в стельку пьян и шагает нетвердой походкой; глаза у него красные и мутные.

Он падает перед женой на колени:

— Принцесса, я… Блин, прости!

Вцепившись себе в волосы, Джеймс оглядывает ее с ног до головы. Бет сейчас похожа на героиню фильма ужасов: мало раны от ножа, так еще все ее тело изрезано стеклом.

— Я же не… Но как?..

Он умолкает, хмурясь, а затем поднимает глаза и смотрит прямо на меня.

— Ты! – произносит он, скалясь. – Это ты виновата!

Меня трясет.

— Н-нет, Джеймс… поверь. Это несчастный случай!

Хриплый, рыдающий вопль разрывает воздух: Бет вырвала нож из раны; его серебристое лезвие покрыто кровью. Она запрокидывает голову и выпускает нож из пальцев; алое пятно на блузке начинает расплываться еще быстрее. Роза подбегает, зажав телефон между ухом и плечом, становится на колени и прижимает к ране ладонь, одновременно разговаривая с оператором службы спасения.

Джеймс сидит в снегу рядом с ними, качая головой.

— Ты ядовита, Джорди. Понимаешь? – говорит Матео.

Он вышел из-под деревьев и направляется в мою сторону, а за ним уже спешат те двое, что пробирались по лесу.

Это Хенрик и его дочь Инка.

Меня колотит дрожь, и я обхватываю себя руками; в глазах мельтешат белые искры. От холода плохо соображаю.

— Матти… о чем ты говоришь?

— Я давно за тобой наблюдаю. Ты все отравляешь. Не замечала такого? Испортила жизнь нам с Розой, испортила свою карьеру, а теперь… возможно, убила невинную женщину. – Он смотрит на меня с таким омерзением, будто учуял падаль. – Все, к чему ты прикасаешься, отправляется прямиком в ад!

Мне хочется испепелить его взглядом. Но, возможно, он прав? Это ведь я заварила кашу. Это у меня была дурацкая мечта сделать жизнь лучше. А что получилось в итоге? Анекдот, пародия. Мем. Если моими стараниями кому-то и стало лучше жить, то лишь извращенцам в интернете. Мечтам построить школу пришел конец; все это бесполезно. Я гожусь только на то, чтобы снимать трусы перед камерой.