Книга Горный весенний ветер, страница 37 – Вика Маликова

— Отличная шутка, – сказал Синдзабуру и хлопнул ладонями по коленям. – Мы отдохнули, перекусили. Можно отправляться в путь, пока солнце высоко.

Но Митсури отмахнулся от друга:

— Я серьёзно, Каори. Отведи меня к купальне.

— Ты просто горюешь. Через день-другой эта идея покажется тебе безумной. – О-Цую положила руку на плечо Митсури, но он грубо сбросил её.

— Безумной? Ты, может, уже забыла своего отца с разрубленной ногой? Забыла лужу крови под ним? А я ничего не забыл! – Он опять повернулся к Каори. – Бессмертие даст мне преимущество перед Фумиёси.

— Успокойся, друг. Тебе просто нужно передохнуть, – уговаривал Синдзабуру.

— В бессмертии нет ничего хорошего, – сказала Каори. – Я бы отдала всё на свете, чтобы вновь стать обычным человеком и умереть в срок, отведённый мне богами.

— Но почему? – удивился Митсури и указал на перебинтованную голень. – Что хорошего в хрупком теле, раны которого заживают неделями, а шрамы остаются навсегда? Ты вчера спрыгнула с обрыва, упала плашмя на камни, а сегодня передвигаешься, как будто ничего и не было.

— Я прожила в теле ёкая всего семнадцать вёсен, но встречала древних демонов, которые утверждали, что бессмертие – это проклятие. Жизнь ценишь потому, говорили они, что срок её ограничен. Одиночество и оторванность от других людей – вот удел бессмертного. Все умирают, всё проходит, а он по-прежнему идёт вперёд, зная, что пытка эта не закончится никогда.

Но Митсури уже было не остановить. Ослеплённый яростью и жаждой мести, он не хотел никого слушать.

— Каори, отведи меня к купальне!

— Друг, ты сошёл с ума! Мы с О-Цую не пойдём с тобой! Сдурел совсем! Чего удумал? В Страну Жёлтых Вод? – рассердился Синдзабуру.

— Я пойду, – вдруг вспыхнула О-Цую. – Митсури прав. Я не смогу забыть и простить. Мне нечего терять, поэтому мне не страшно. Я стану твоим союзником, Митсури. Буду рядом, плечом к плечу.

— Кто бы сомневался, – буркнул Синдзабуру и отвернулся.

Каори задумалась. Когда-то, в прошлой жизни, она с матерью работала за ткацким станком. Тяжёлая изнурительная работа. Два вида нитей, уто́чная и основная, переплетаясь между собой, превращались в цельное полотно. Вот и мысли Каори перевивались между собой, то путались, то стекались в стройный узор. Мечта, которую она так долго лелеяла и растила, готова была обрести плоть.

— Я отведу тебя к купальне и помогу искупаться, но с одним условием…

Все трое с тревогой уставились на Каори.

— Митсури, поручись за меня перед Идзанами, повелительницей Страны Жёлтых Вод. От тебя требуется всего лишь подтвердить ей, что я решила вернуться в человеческое обличие.

Молчание. Жуткое. Пугающее. Даже ко-дами скрылись в густой траве.

— Ты хочешь, чтобы я встретился лицом к лицу с Идзанами? – прошептал Митсури.

Он как-то весь поник и скукожился, точно дубовый лист, слетевший с ветки в осенний день. Синдзабуру засуетился:

— Нам пора! Давай, О-Цую, вставай! Митсури, до вечера нужно отыскать ночлег. Что же ты такой упрямый?

— Каори, а если ты передумаешь? Что тогда будет со мной? – спросил Митсури.

— Тогда Страна Жёлтых Вод станет и твоим домом. Но этого не случится. Я уже давно приняла твёрдое решение. К тому же Идзанами не причинит вреда. Я позабочусь о тебе. Обещаю, – ответила Каори.

Митсури обратился к Синдзабуру: