Книга Зима на Полынной улице, страница 62 – Денис Лукьянов, Татьяна Лакизюк, Анастасия Райнер, и др.

— Да куда… Мост рухнул, дуреха! – орет ей вслед Феолан.

Это правда? А вдруг он врет? У Анежи нет ни сил, ни желания выяснять. Она качает головой и бросается в сумрачную снежную круговерть. Если моста нет – хотя она никогда еще о таком не слышала, неужели они тут на юге и мосты не умеют строить? – то пройти все равно можно, по лесной тропе, которая ведет к дальнему, пешеходному мосту через лощину. Повозка туда не проедет, но Анежа знает эту тропу – гуляла там тысячу раз в подчеркнуто гордом одиночестве.

Снег летит в лицо, путает Анежу. Одной рукой она прикрывает глаза; варежки уже насквозь мокрые. Медленно, но упрямо продвигается вперед – и вскоре добирается до кромки леса, а там как будто становится легче. Это не ее родной северный лес, где ели укрыли бы, приласкав пышными вечнозелеными лапами. Лес этот южный, и деревья здесь стоят голые, оборванные на зиму, словно потеряли свои платья и теперь дрожат от стыда и холода. Но даже такие деревья задерживают снег и ветер. Анежа благодарно касается ближайшего ствола – цепляется варежкой за сучок и нечаянно вытягивает нитку. Пытаясь освободиться, Анежа проваливается ногами в неглубокую яму, полную старой прелой листвы. Да что ж такое!.. Она рада оказаться в лесу, а вот лес ей вовсе не рад.

— Это потому, что земля не моя стихия, – шепчет Анежа и, вскинув глаза к небу, настойчиво про- сит: – Воздух, ты же слышишь меня? Прости, что беспокою. Мне бы только дойти до соседнего поселка, через лес, через Рябиновую лощину. Поможешь мне? Пожалуйста. Пожалуйста!

Воздух беснуется. Издевается. Ветер то так, то эдак хватается за ветви деревьев и смахивает снег прямо за шиворот Анеже. Она поджимает губы и идет вперед, иногда чуть ли не на ощупь, стараясь ступать только прямо, чтобы не заплутать. Сквозь худощавый лес еще просвечивают огни поселка, но все слабее и слабее. Анежа не сдается. Ей нужно идти, нужно успеть на поезд утром следующего дня. Еще есть время.

Темнота крадется рядом с Анежей, ступает след в след. И Анежа даже не замечает, как это произошло, – когда ночь успела накрыть ее своим колпаком? Короткий зимний день ловит ее в западню, но что поделать, она ведь знала, что так будет. Неважно. Вокруг столько снега, что темнота кажется ненастоящей. Анежа точно знает, куда идет… Хотя компас не помешал бы, но где ж теперь его взять?

Очередной порыв ветра едва не сбивает ее с ног. Анежа хватается за голые кусты-палки, зажмуривается, чтобы уберечь глаза. Воздушный поток ревет, раскручивает снежный водоворот, толкает Анежу в спину. Она стойко терпит, потому что – ну что тут еще скажешь? – сама забралась в этот лес в разгар снежной бури. А значит, сама и выберется. И все же в глубине души, там, где обычно в ее груди пылает огонь негодования и упрямства, что-то ломается. Как будто острым краем льдинки колет страх… и слезы пытаются прорваться сквозь сжатые веки. Анежа сжимает зубы. Не дождетесь.

Она пережидает, пока очередной ураганный порыв стихнет. И продолжает путь. Лес светится пляшущим снежным крошевом, все вокруг дрожит и прыгает, а Анежа плетется, обеими руками прижимая саквояж к груди. По ощущениям, где-то здесь ей нужно свернуть направо… Только вот где именно? И стоит ли полагаться на свои ощущения в такой момент?