Книга Зима на Полынной улице, страница 42 – Денис Лукьянов, Татьяна Лакизюк, Анастасия Райнер, и др.

Алёкса похлопал друга по спине и засмеялся:

— Правда, брат. Вы, городские паны, очень деликатные. Вам только кофей попивать из фарфоровых чашечек.

Стефан вспомнил экспедиции, в которых он неделями не мылся, спал на холодной земле и ел грязными руками. Его внешний вид всегда вводил в заблуждение: нежные черты лица, волнистые волосы и ладная фигура могли навести на мысль, что Стефан принадлежал к миру искусства. Однако этими самыми руками с длинными пальцами и тонкими запястьями он передушил немало монстров. Казалось, Алёкса должен был знать его лучше всех остальных во всем мире. Значит, Стефан ошибался.

Монстрологи вернулись в Василеву хату еще до рассвета. Матвей до сих пор искал Анюту. Катерина трясущимися руками пыталась разжечь огонь в печи. Возница, не находя себе места, нервно топтался возле окошка. Ванька, мальчик лет десяти, спал на скамейке, укрывшись шкурой медведя, той самой, что была ночью на Алёксе.

Хозяйка дала монстрологам по кружке горячего малинового чая. Стефан сразу разомлел и сам не заметил, как задремал прямо за столом, опрокинув голову на бревенчатую стену. Правда, поспал совсем немного. Проснулся, когда по комнате разлились серые сумерки. Рядом громко похрапывал Алёкса.

На коленях Стефана сидел капялюшник и безотрывно глядел на него, точно гипнотизируя.

— Ты сдурел, что ли? А ну-ка брысь, липучка! – Стефан дернул коленями, но капялюшник уцепился за край его кожуха и не собирался сползать.

Внезапно что-то другое привлекло внимание Стефана. Катерина, стоящая возле печи и объятая оранжевым светом пляшущих языков пламени, глазами, полными ужаса, глядела в одну точку. Стефан проследил за ее взглядом и понял, что так сильно напугало женщину: за окном разыгралась свирепая метель.

От крепкого запаха влажных тряпок, которыми были обернуты ноги мужиков, у Стефана щипало в носу. Катерина суетилась возле печи. Она еще ночью начала варить куриную похлебку, понимая, что с мороза захочется съесть чего-нибудь горячего. Теперь она черпала суп из большого чугуна и разливала его по глиняным плошкам.

— Да как искать, Матвей? – возмущался коренастый мужик, пальцами вылавливая из похлебки кусочки куриного мяса. – Свету белого не видно. Снег так и лепит в глаза!

— То вы люди или нелюди! – с трудом сдерживая слезы, кричал Матвей. – А что с дитем будет?

Василь положил руку ему на плечо:

— Тише, сынок. Дай людям передохнуть и согреться. С дурной головой дела не состряпаешь.

Стефан внимательно оглядел присутствующих. Пятнадцать мужчин, молодых и стариков, за последние несколько часов успели обойти каждый двор и каждое гумно, обогнули деревню кругом и уже собирались направиться в перелесок, когда повалил сильный снег. Они действительно переживали о судьбе девочки, но были бессильны перед природной стихией.

— А вы что скажете, гаспадары ученые? – с надеждой спросил Василь.

Стефан дернул плечом, с которого свисал капялюшник. Нечистик проявлял настойчивость, и никак не получалось от него избавиться. Катерина закрыла капялюшника в кладовке, но уже спустя минуту он выбрался оттуда.

— Есть следы присутствия какого-то монстра. – Стефан рванул нечистика за отросток на башке и забросил под стол. – Я хочу поговорить с Лесовой.

Алёкса раздраженно зафыркал:

— И потратить драгоценное время? Не забывай, пан Дрыгвич, до нее еще и дойти нужно. А на улице не май месяц.