Книга Черная рябь, страница 96 – Екатерина Шитова

Ребята, которые увели Василису в лес, признались во всём лишь на следующий день. Они плакали и оправдывались, говоря, что кликали, искали, но её и след простыл. Они и вправду хотели лишь подшутить над наивной и доверчивой запечницей, а получилось вон как…

— Это вы во всём виноваты! Вы её в лесу оставили!

Голос Иринушки звенел на всю деревню, извещая о беде тех, кто ещё не узнал новости о пропаже девочки.

— Испарилась ваша Василиска, будто кто нарочно увёл её от нас! Может, леший её выкрал! – сквозь слёзы проговорила черноволосая девчонка.

— Ага, леший! Тебя не выкрал, а Василисушку мою выкрал! – снова закричала Иринушка, страшно выпучив глаза.

Остальные ребята стояли рядом молча, понурив нечёсаные головы. Чумазые лица были мокрыми от слёз. Рядом топтались их родители с хмурыми лицами. Многие уже успели хорошенько наказать нерадивых чад, отчего уши у тех оттопырились и покраснели.

— Пойдём, жена. Не мучь ребятню! Мужики уже ищут Василиску. Будут искать, пока не найдут. Я тебя домой отведу и тоже пойду в лес.

Василий взял Иринушку за плечи и повёл к дому. Она поначалу послушно шла за ним, а потом резко остановилась и взглянула ненавидящим взглядом.

— Это ведь ты во всём виноват, Вася! Ты! – задыхаясь, прошептала она. – Ты пренебрёг моим запретом! Отпустил её гулять! Получается, это ты виновен в том, что наша девочка заблудилась!

Лицо Василия исказила гримаса страдания, из глаз потекли слёзы.

— Да, это я виноват. Поэтому я сейчас же пойду искать дочь и не вернусь, пока не отыщу, – хрипло проговорил он. – А ты, Иринушка, оставайся дома, молись и жди нас. С божьей помощью я найду Василису.

Василий, понурившись и ссутулив плечи, ушёл в сторону леса, а Иринушка, придя домой, села у окна, да так и сидела, не шевелясь, несколько дней. Только губы её всё время двигались – она молила Бога о том, чтобы её дитя вернулось домой целым и невредимым.

Но молитвы не помогли, и муж обещания своего не выполнил, вернулся домой один, без дочери, исхудавший, с чёрным от горя лицом.

— Где же Василиса? Где моя доченька? – спросила Иринушка.

Голос её прозвучал так звонко, так пронзительно в тишине тёмной избы, что Василий не выдержал, повалился на пол и, обхватив колени жены, зарыдал.

— Нет её нигде, даже следов не нашли! Как сквозь землю провалилась наша Василиска. Мужики порешили, что её звери дикие съели.

— Нет! – резко вскрикнула Иринушка, а потом добавила тише: – Нет, живая она. Материнское сердце лучше всех вас чует. Глазами того не увидишь, что сердце матери видит. Живая моя доченька… Живая…

Всю ночь Иринушка молилась и плакала, а утром, едва на небе появились первые солнечные лучи, женщина вышла из дома и пошла в сторону леса. Она не смотрела по сторонам, пытаясь отыскать следы пропавшей дочери, просто шла вперёд стремительным шагом, легко преодолевая препятствия из колючих кустарников и бурелома.

Когда перед Иринушкой раскинулось Зелёное озеро, она остановилась, затаив дыхание. А потом встала на самый край высокого берега, вскинула руки и закричала:

— Неужто это и есть моё проклятие?

Голос Иринушки отозвался эхом с другого берега. Она опустилась на землю и зарыдала, закрыв лицо руками.

— Так ведь это и есть оно… Проклятие за содеянный грех. Права была бабушка Пелагея. Ничего не проходит бесследно. За хорошие дела непременно будет благословение, а за плохие – наказание. Таковы, видать, законы жизни.