Книга Черная невеста, страница 174 – Мария Покусаева

— Вы можете не отвечать, если сочтете его слишком… личным или грубым, – начала она, чувствуя, как во рту пересохло от волнения. Она подняла взгляд: Ронан был спокоен и, казалось, не ждал никакого подвоха. – Вы помогли мне, хотя могли ничего не делать. Совсем ничего. Или сделать только то, что входит в ваши обязанности как ловца. Но вот я здесь – в вашем доме, рядом с вашей семьей, ем еду с вашего стола и не делаю ничего такого, что можно было бы считать достаточной благодарностью за помощь, еду и кров.

— Законы гостеприимства, Флоренс, освобождают вас от обязанности быть благодарной, – напомнил Ронан мягко.

— И все-таки! Мистер Данлоу на вашем месте точно поступил бы иначе!

Ронан почти не изменился в лице. Почти – Флоренс показалось, что он заставил себя не хмуриться. Рука его, держащая столовый нож, дернулась, и нож глухо ударился о глиняный бок миски.

— Это… сложный вопрос, Флоренс.

— Вы правда можете не отвечать!

Ронан покачал головой и усмехнулся, глядя в сторону.

— Милосердно с вашей стороны разрешить мне это, но… – он перевел взгляд на Флоренс, – но любопытства в вас больше, чем милосердия, как мне кажется.

Выглядел он сейчас так, словно она загнала его в угол и приставила к горлу нож. Флоренс заерзала. Платье вдруг показалось тяжелым и колючим, а ботинки – слишком жесткими.

— Вы верите в то, что судьба порой дает нам второй шанс, чтобы исправить ошибку, Флоренс? – спросил он, отложив в сторону приборы.

Флоренс моргнула.

— Нет, – призналась она.

— Конечно. – Ронан кивнул. – Ваша жизнь пока не так длинна, чтобы начать верить в совпадения и вторые шансы. Я тоже не верил. Слишком уж это похоже на веру в добрых фей, исполняющих желания. Уж скорее я готов верить в то, что не повторю некогда совершённой ошибки, последствия которой для меня что псы Дикой Охоты.

Флоренс не до конца поняла, о чем он, но лишь кивнула, услышав знакомые слова, и в голове у нее появился Ронан, темная фигура среди пустошей на фоне хмурого неба, облака на котором были похожи на страшных псов.

— И когда я вдруг оказался в обстоятельствах, похожих на те, в которых когда-то был, я решил поступить иначе. Не формально, как было с Айсой, – он откашлялся, словно имя кольнуло горло, – с одной моей знакомой. А так, как того требовало сердце. Может быть, Флоренс, я ошибся, но это будет другая ошибка и другие последствия. – Он замолчал.

И Флоренс поняла, что спрашивать о чем-то еще было бы лишним.

Ронан не ответит. Он и так открыл ей больше, чем мог бы. Больше, чем хотел бы открыть кому-то вроде нее.

— Большое спасибо за ответ, мистер Макаллан, – сказала Флоренс.

Кажется, он облегченно вздохнул.

— Спасибо за вопрос, Флоренс.

Время шло медленно и в Августе, и здесь, но это было разное медленно. Там, в большом городе, заключенная в стенах дома, который так и не смогла назвать своим, Флоренс думала о времени как о грязной воде, которая остается после стирки, или о пыльном окне, выходящем на шумную, суетливую улицу. Первые дни после того, как все случилось, она вообще потерялась: иногда казалось, что прошел уже месяц, иногда – что она проспала неделю, иногда – что на миг закрыла глаза, а очнулась на следующие сутки. Приходилось постоянно спрашивать, какой сегодня день, потому что эти дни были очень похожи один на другой: как будто бы ты идешь по дороге сквозь туман. Приходил мистер Данлоу вчера или сегодня? Новая встреча с врачом, который расспрашивал про ее приступ и пилюли, назначена на завтра или через три дня? Флоренс казалась себе куклой, которую иногда тормошили, чтобы она заговорила или заплакала.