Книга Черная невеста, страница 175 – Мария Покусаева

Здесь, вдалеке от людей и шума, туман перестал быть метафорой. Флоренс видела его утром из окна спальни: густой, поднимающийся из низин, он таял в лучах солнца и исчезал. Но сама Флоренс в нем не блуждала – разве что однажды, в день, когда холодная дымка продержалась подольше, они с Ричардом немного заблудились, но быстро нашлись.

Лорд Макаллан даже не успел отправить никого искать их.

Казалось, прошел месяц, хотя на деле она провела в Лаггане меньше двух недель. Здесь не было ни ежеутренних газет с датой выхода, ни чаепитий, за которыми обсуждали новости столицы, ни обязанности выходить в люди. Ничего. И в этом Флоренс находила своеобразное удовольствие: отсутствие новостей, которое раньше тревожило бы ее, сейчас казалось тем единственно правильным вариантом существования, который только мог быть.

Поэтому, когда новости все же появились, ей показалось, что земля ушла у нее из-под ног.

— Дело сдвинулось, леди Флоренс, – сказал Ронан.

Он спускался по лестнице в холл, держа в руке письмо.

День был пасмурным, и не стоило даже думать о том, чтобы пойти прогуляться. Флоренс сидела в старом глубоком кресле, закинув ноги на специальную скамеечку – очень удобно, и читала, точнее, листала справочник по ботанике.

Ричард спал под креслом. Лорд Макаллан, заметив привязанность пса к гостье, сказал, что, видимо, тот воспринял ее как внезапно появившегося в замке ребенка, за которым нужно следить. Возможно, так и было.

Когда Флоренс резко встала, пес обиженно заворчал.

— Мистер Данлоу прислал письмо. – Ронан протянул лист Флоренс. – Хотите прочитать сами или мне пересказать вам?

— Расскажите! – попросила она, потому что от тревоги мысли вдруг спутались.

— Как я и говорил, Орден принял решение в вашу пользу, поздравляю. – Он позволил ей взять письмо в руки. – Целиком и полностью, перед законом и перед людьми леди Флоренс Найтингейл, простите, что называю вас так, оправдана. Теперь это закреплено печатью Ордена, и никто не вправе это оспорить. О неприятном и приятном одновременно: ваша вдовья доля тоже сохранена за вами, несмотря на обстоятельства произошедшего… Флоренс, вам плохо?

— Нет, я… – Строчки расплывались перед глазами. – Пожалуй, сяду.

— Конечно. – Он осторожно подхватил ее под локоть и помог вернуться в кресло. – Принести воды? Нюхательную соль? Не стоило мне говорить все так резко, но я обрадовался за вас.

— Спасибо. – Голос еле слушался ее. – Сейчас все пройдет. Мне нужно отдышаться.

Браслет оставался холодным. Мистер Данлоу, надевая его на запястье Флоренс, предупредил, что он впитывает магию и нагревается. Но этого не случилось ни разу: разрушительная волна силы поднялась лишь однажды, когда Флоренс угрожала опасность, и схлынула, оставив хозяйку разбираться с последствиями. Флоренс не хотела никакой магии. Никогда больше.

И радовалась тому, что ее нет.

Больше всего она боялась, что кошмар повторится. Что-то выведет ее из душевного равновесия, захлестнет, и мир снова начнет терять четкость и расплываться. Поэтому она старалась не волноваться: сеньора дель Розель рассказала, как переключать внимание, и напомнила, как правильно дышать, если Флоренс покажется, что она теряет контроль.

Сегодня ее спокойствие впервые пошатнули так сильно, что сердце начало колотиться в груди быстро-быстро, а руки похолодели.