Книга Сновичи, страница 63 – Надя Сова

— Почему? – спросила Ангелина.

— Потому что в Ладном мире никто не планировал начинать апокалипсис, – включился Камиль. – Они все так тряслись над ним. Еще год назад, когда Буров нас только посвящал в историю Ладного мира, он говорил, что княжич болен и Доброславль – главный город Корней – следит, чтобы он протянул как можно дольше. Теперь, когда его убили, местные готовятся к апокалипсису.

— Может, он не причина, а следствие? – Ангелина вспомнила чудовище. Могло ли оно убить княжича?

— Да один хрен, – махнул рукой Вацлав. – Его убили, и там теперь вообще всё подряд хоронят.

— Да не всё. – Колдуненко посмотрел на улицу. – Там только Игнат убивается.

— Он с ним вырос же, – вспомнил Вацлав рассказ слуги.

— Они не могут подключить ту же Стражу? – не поняла Ангелина. – Или кто там у них еще есть? Если это проблема мирового масштаба, мы-то тут при чем? Горстка студентов, которые вообще ни в зуб ногой, какого черта происходит?

— Черти тоже не в курсе. – Знакомый голос бирюка раздался совсем рядом.

— Твой питомец всегда на зов приходит? – спросил Колдуненко, глядя под стол.

— Каждое утро будто обнуляется. Если заново не чертыхнешься, не обнаружит себя.

— Он поприятнее того, что я на улице видел, – сказал Вацлав.

— Ты кого-то видел? – оживился Мотов. – Буров говорил, что подобное притягивает подобное и что мы теперь видим больше. Только я пока так никого и не увидел.

— Радуйся! – Голос Вацлава немного осип. – Я из рыжего в седого чуть за минуту не обернулся. Дерьмо такое еще раз увидеть – да ни в жизни!

— А у тебя как ночь прошла?

Ангелина боялась этого вопроса, но уже придумала ответ:

— Мне надо найти негасимый уголек. – И это было правдой. После того как она выпустила беду, следующим шагом было найти негасимый уголек.

— Зачем? – спросил Колдуненко.

— Задание такое, кот дал.

— Кто?

— Кот.

Камиль и Гриша нехорошо переглянулись.

— Какой кот?

— Ходит ко мне, такой огромный. А к вам не ходит?

— Кот – это плохо, – серьезно заявил Камиль. – Буров говорил, что кот опасен. Да и когда я после семинара задержался, мы разговорились с нашим мастером, Полозовым. Он напоследок мне фразу сказал. Я сначала не понял, к чему она. Сейчас понял, по крайней мере одну часть.

— Какую фразу?

— «Опасайся котов и медведей. В Ладном мире это самые опасные звери».

— А ты, – Гриша обратился к Ангелине, – еще не нашла свой якорь?

Колобкова покачала головой. Она о якоре даже не думала. Без чужого вмешательства в сон не проваливалась, а выбиралась из него, когда приходила опасность. Или по подсказке.

— Плохо, – резюмировал Гриша. – Надо найти.

— Я домой. – Ангелина почувствовала, что находиться дольше в квартире она не хочет. Гриша начинал вести себя как опекун, Камиль невыносимо душнил, а от близнецов заболела голова. И может, она сама себя накрутила, потому что долго ждала новостей от них, да и события прошедшей ночи не давали покоя.

— Давай я провожу! – тут же подорвался Вацлав.

На улице стало спокойнее. Плешков шел молча. А Ангелина думала, стоит ли ему рассказать больше.

— А, я забыл. – Вацлав полез в карман и под удивленным взглядом Ангелины достал фарфорового конька. – Держи, пусть будет твоим якорем!

* * *

Кажется, даже воздух изменился. Буквально за одну ночь температура упала на десять градусов, а небо заволокло серыми облаками. Брют наблюдал за тем, как ползают по квартире пчелы. Они нервничали. Они чувствовали, что что-то изменилось. Ставр рисовал на планшете какие-то жуткие образы, стирал и рисовал заново. Он почти перестал бить татуировки и ушел из студии. Новая роль стражника увлекала мастера все больше.