Онлайн книга «Я уже бог. Книга #40»
|
— Я отключилась, чтобы не мешали, — сказала Лора. — А еще сделала на нас ставку. — Ты⁈ Ставку? — А что нет? — хмыкнула она. — Она небольшая. Знаешь, какое соотношение? Сколько за нас и за Есенина? — Удиви… Лора показала запись из какой-то букмекерской конторы. Два к… такое количество нулей я вижу впервые. — Они все ставят на Сашу? — Мне было даже немного обидно. — Угу, — протянула Лора. — Похоже, они уже нашли командира отряда. За нас только двое. Это ты, и… — Какой-то психованный любитель ставок. Кто же он? Лора пожала плечами. Хитро так. — Лора, ты же знаешь? — сказал я, но мы были у выхода. Снаружи была ночь и светили одни прожекторы. Они ослепляли, я буквально вошел в море яркого света. Все заполнил рев толпы — и пока я шагал по песку, такому же белому, как свет прожекторов, мне казалось, что я ступаю по огромному полю, а вокруг качаются колосья. Я трогал их руками. Дул приятный ветерок. Играла пафосная музыка. — Лора… Это же музыка играет на стадионе, или это твои штучки? — Конечно, на стадионе, — невинно улыбнулась она. Пока меня объявляли, я смотрел на трибуны. Голоса зрителей сложились в один сплошной гул, но вскоре и он обрел целостность. Одни кричали: — Кузнецов! Кузнецов! Кузнецов! Другие же: — Есенин! Есенин! Есенин! Мой противник был тут как тут — и тогда звуки слились в какофонию. Саша опять шел, засунув руки в карманы. Улыбался, как ребенок, пиная перед собой камешек, и смотрел. На одного меня. — Лора, приготовься, — сказал я, активируя Болванчика и держась за рукояти мечей. — Он способен… — Да, — сказала она, — на все, что уго… Она не договорила, как добрые, голубые глаза Есенина мигнули и вспыхнули — ярко, как два солнца. Все поглотил белый-белый свет. * * * Поместье Кузнецовых. Сахалин. Трофим с Марусей — и остальные домашние, которые буквально облепили телевизор, рассевшись кругом — долго смотрели в пищащую «сетку». За миг до того, как трансляцию отрубило, там была какая-то вспышка. — Нет! — кричал Боря. — Нет! Дядя Трофим, что с телеком⁈ Какого хера! Раньше ему бы точно дали по губам за такие слова, но сейчас тоже самое слово крутилось у всех в головах. Нет, дело не в телеке. Там, на московской арене, произошло нечто такое, что просто вырубило трансляцию. И возможно, у всех на планете. * * * Эта вспышка была такой мощной, что вырубила не только все до одного прожектора на арене, но и камеры. Тьма рухнула такая, что мне показалось, что все… Мне кранты. Над нами было одно яркое звездное небо. Но. Нихрена. Я видел Есенина — вернее, его глаза. Две голубые светящиеся точки в море абсолютной тьмы приближались. — Бей, Кузнецов! — послышался шепот. — Бей, сука! Я даже на секунду опешил. Глаза были совсем близко. Есенин шипел как мальчишка, который стоит на шухере. И не нападал. — Чего… — Бей, сука! Бей! Пока не сработал резервный источник питания! Сука, Кузнецов, бей! — и подойдя вплотную, Есенин подставил мне щеку. — Со всей силы! Ну ладно. Хотя я был готов с ним отлично помахать руками. И я сделал ему боньк. * * * Поместье Кузнецовых. Сахалин. — Нет-нет-нет! — повторял Боря, стоя напротив телевизора, а остальные тупо смотрели в экран. — Мы не можем пропустить такое! Не можем! Не мо… Но тут телек включился и Боря прилип к экрану. Остальные взорвались криками негодования, и мальчику пришлось прыгнуть на ковер, будто спасаясь от выстрела. |