Книга Эволюционер из трущоб. Том 18 ФИНАЛ, страница 123 – Антон Панарин

Разрушенный квартал исчез. Венера всё так же была у меня на руках, прижималась к груди и дрожала под тяжёлой шубой. Но вокруг нас теперь были не руины, а высокие белокаменные стены. Массивные резные ворота.

— Какого…? — выдохнул я, оглядываясь.

Мы стояли у входа во дворец. Прямо перед главными воротами. Но как? Я же только сделал шаг! Всего один чёртов шаг, и мы переместились на несколько километров! Я телепортировался? Без костяшек и кругов перехода? Проклятье… Что-то подобное делал убитый мною божок. Похоже, я не просто убил его, но и поглотил его силы, и не только его… Поле аннигиляции, я пожрал и его…

— Миша, что с тобой? — тихо спросила Венера, поднимая голову и глядя мне в глаза.

Я открыл рот, чтобы ответить, но замер. В полированных медных пластинах, украшавших дворцовые ворота, я увидел своё отражение. И похолодел. Мои глаза… Они полыхали зелёным пламенем. Не просто светились зелёным, а именно горели. Языки изумрудного огня плясали в зрачках, отбрасывая причудливые тени на лицо. Я повернул голову, и пламя последовало за движением, извиваясь, переливаясь оттенками от бледно-салатового до тёмно-малахитового.

Я посмотрел вниз на Венеру. Её глаза были широко распахнуты, полны удивления и… страха? Нет, не страха. Скорее, благоговения. Она смотрела на меня так, будто видела не своего возлюбленного, а нечто большее. Нечто могущественное и непостижимое.

— Кажется, я стал богом, — прошептал я, не отрывая взгляда от своего отражения. — А если и нет, то очень близок к этому статусу…

Слова прозвучали абсурдно. Но они были правдой. Я чувствовал это всем своим существом. Мана, бурлящая в моём теле, больше не была просто энергией. Я чувствовал землю под ногами на километры вокруг. Мог ощущать потоки воды в реке, огонь в каминах дворца, воздух, циркулирующий между зданиями. Всё это было частью меня. И я был частью всего этого. Я будто был всем и ничем одновременно.

Я тряхнул головой, отгоняя наваждение. Сейчас не время философствовать о природе богов и смертных. Венера замерзает. Я сделал шаг в пустоту и очутился внутри дворца.

Просторный коридор превратился в муравейник. Люди бегали туда-сюда, тащили раненых на носилках, вели за руки детей. Женщины плакали, мужчины выкрикивали приказы, пытаясь навести хоть какой-то порядок. В центре всей этой суеты стояла моя бабуля Маргарита Львовна. Волосы растрепались, платье порвано в нескольких местах, но взгляд был твёрдым, голос звучал чётко и властно.

— Налево! Семьи с детьми налево! Раненых в центр! — орала бабушка, размахивая руками и указывая направления.

Рядом с ней стоял Ежов. Виктор Павлович выглядел так, будто прошёл через мясорубку и каким-то чудом выжил. Весь в крови, рубашка разорвана, из раны на левом плече сочилась кровь. Лицо бледное, губы сжаты в тонкую линию, но руководит эвакуацией наравне с Маргаритой Львовной.

— Витя, срочно веди всех в подвал! Там полно места! — рявкнула Маргарита Львовна, подхватывая упавшего ребёнка и передавая его матери.

Я сделал шаг вперёд. Венера всё ещё была у меня на руках, прижималась ко мне, дрожа под тяжёлой шубой. Я открыл рот, набрав полную грудь воздуха, и заорал во весь голос, перекрывая галдёж толпы:

— Всё закончено! Мы победили!

Люди замерли. Сотни голов повернулись в мою сторону. Тишина наполнила дворцовые коридоры. А потом кто-то всхлипнул. Тихо, едва слышно. Женщина упала на колени и зарыдала в голос. Следом за ней заплакали другие. Мужчины, женщины, дети. Все, кто думал, что сегодняшний день пережить не удастся. Они рыдали от облегчения, от счастья, от осознания того, что они выжили.