Книга Эволюционер из трущоб. Том 16, страница 103 – Антон Панарин

Спустя час дверь лазарета скрипнула, и внутрь вошёл высокий седой мужчина с мощными плечами и суровым лицом. Максим Харитонович Багратионов. Его карие глаза прищурились, уставившись на иссохшую женщину. Он медленно подошёл ближе, сел на стул рядом с кушеткой и долго молчал, изучая лицо, казавшееся ему знакомым. Максим Харитонович тяжело вздохнул и наконец заговорил низким хриплым голосом:

— Катька? Ты вообще как здесь оказалась?

Екатерина Павловна открыла глаза и посмотрела на старика. Губы задрожали, из глаз покатились слёзы. Она попыталась сесть, но тело не слушалось, и из груди вырвался лишь судорожный всхлип. Максим Харитонович протянул руку и осторожно коснулся её плеча, давая понять, что она в безопасности.

Несколько минут они молчали, пока Екатерина не собралась с силами и не заговорила прерывистым голосом. Слова лились потоком, смешиваясь со слезами, и складывались в бессвязную историю, полную ужаса и отчаяния.

— Меня… меня похитили, — прошептала она, сжимая одеяло побелевшими пальцами. — Не помню точно, когда это случилось, всё смешалось. Очнулась в какой-то лаборатории. Вокруг стояли люди в белых халатах, их глаза… глаза горели безумным огнём фанатиков. Они говорили о ритуале, о Великом Пришествии. А потом… потом привели его, — голос Екатерины сорвался на шёпот. — Александра. Моего мальчика. Он был бледным, израненным. Глаза пустые, словно из него выпили душу.

Максим Харитонович молчал, давая женщине выговориться. Екатерина сделала глубокий вдох, пытаясь успокоиться, но воспоминания терзали ее изнутри, не давая покоя. Она закрыла глаза, и перед ее мысленным взором снова возникла та проклятая лаборатория, холодные стены, запах крови и химикатов. Старик крепче сжал ее плечо, возвращая в реальность, давая опору, за которую можно было держаться.

— Они привязали его, начертили на полу руны, чертили кровью. Круги, символы, какие-то знаки… В центре круга был Александр. А после они начали петь, их голоса слились в единый гул, от которого болела голова. А потом он пришёл. — Екатерина замолчала, её тело задрожало от одних только воспоминаний.

— Кто пришёл? — тихо спросил Максим Харитонович, хотя уже знал ответ.

— Не знаю. Он. Сущность, забравшая тело моего мальчика, — одними губами прошептала Екатерина Павловна. — Он посмотрел на меня, и я почувствовала от этого взгляда первобытный ужас, сжалась в комок и могла только безвольно плакать. Я хотела закричать, но голос застрял в горле, словно кто-то сдавил его ледяной хваткой. Это всё ещё был мой сын, но уже не он. Понимаете?

Максим Харитонович кивнул. Екатерина продолжала говорить, её голос звучал механически, словно она пересказывала чужую историю, отгородившись от эмоций стеной равнодушия. Так мозг защищался от травмы, не давая ей полностью сломаться под тяжестью пережитого ужаса.

Старик слушал, запоминая каждую деталь, каждое слово, понимая, что эта хрупкая женщина пережила такой ужас, который смог бы вынести далеко не каждый мужчина.

— А потом он посмотрел на учёных, на этих фанатиков в белых халатах, и улыбнулся. Но это была не человеческая улыбка, а оскал хищника, увидевшего добычу. В следующее мгновение… Взрыв. Их тела просто разорвало на куски. Повсюду была кровь и куски тел. Столько крови. А он… Александр… Повернулся ко мне, посмотрел этими чужими красными глазами и… рассмеялся. Потом… Потом он просто ушел, оставив меня одну посреди аномальной зоны…