Книга Эволюционер из трущоб. Том 15, страница 50 – Антон Панарин

Я ткнул пальцем в карту.

— Начнём с простого. Преображенский выяснил, что все черви связаны в единую нейронную сеть. Это значит, что Король Червей чувствует боль каждого червя. Каждого зараженного. Каждой твари, которую он создал.

— Куда ты клонишь, внучек? — дед наклонился вперёд.

— Если мы устроим массовую бойню зараженных, то Король Червей получит такой болевой шок, что временно потеряет контроль над остальными, — я усмехнулся. — А теперь самое интересное. Где сейчас находится самое большое скопление зараженных?

— В Европе, — ответил Крашенинников. — По последним разведданным, там собралось около двадцати миллионов зараженных. Они движутся на восток, к аномальной зоне.

— Точно! И что их ждёт в аномальной зоне? — я постучал пальцем по карте. — Твари из разломов! Они уже уничтожают зараженных тысячами. Дед говорил, что разведчики видели настоящую баталию между ними.

— Погодите, — Свиридов поднял руку. — Вы хотите использовать тварей из разломов как союзников?

— Не совсем, — я покачал головой. — Я хочу использовать их как пушечное мясо. Видите ли, твари из аномальной зоны инстинктивно атакуют всё живое. Они не подчиняются ни одному из Бедствий. Они просто убивают. А зараженные идут через аномальную зону прямо к нам.

— То есть они застрянут в бесконечных сражениях… — протянул Долгополов. — Это даст нам немного времени.

— Но это решает только одну проблему, — заметил дед. — А у нас ещё имеется Император и Туз Крестов.

— Вот тут начинается самое весёлое, — я посерьёзнел и ткнул пальцем в Аляску. — Мы только что проговорили о путешествии мертвяков через океан, а что если они переберутся по перешейку?

— Тогда они окажутся на нашем континенте в течение недели… — с ужасом произнёс дед.

— А теперь представьте, что произойдёт, если зараженные начнут своё наступление? — я ударил кулаком по Китаю, Японии, Корее и десятку других стран. — Зараза разнесётся по континенту столь быстро, что мы попросту ничего не сможем ей противопоставить.

Повисла тишина. Дед медленно кивнул:

— Выходит, мы должны соорудить оборонительную линию на перешейке у берегов Аляски?

— Было бы здорово, вот только Император ударит нам в спину, и всё закончится весьма трагично, — я покачал головой. — А значит, у нас только один путь. Весьма паршивый, должен сказать, но судьба заставляет нас действовать стремительно.

— Не говори мне, что ты собрался устроить переворот, — выпучив глаза, произнёс Максим Харитонович.

— Именно так! — я кивнул. — Через пару дней мы начнём штурм Хабаровска. Необходимо сменить власть в Империи, для того, чтобы у этой самой Империи был шанс на выживание.

— Это же измена… — прошептал Крашенников.

— Забавно это слышать из уст человека, которого Империя предала десятки лет назад, — усмехнулся я.

— Всё это время мы стояли на страже нашей родины, а теперь… — вскочив со стула, выпалил Крашенников, багравея от злости.

— Игорь, остановись, — прервал его Максим Харитонович. — Михаил прав. Мы и сейчас стоим на страже нашей родины. К тому же, кому как не тебе знать, что род Романовых узурпировал власть в прошлом?

— Вы правы, Максим Харитонович, — кивнул Крашенников и сел на место. — Михаил Константинович, прошу, продолжайте.

— Сейчас Хабаровск превращён в неприступную крепость. Все абсолюты стянуты туда. Император готовится не только к наступлению мертвяков, но и к тому, что мы нанесём удар. Уверен, Вольф уже во всех красках поведал ему, какими силами мы обладаем.