Книга Эволюционер из трущоб. Том 10, страница 63 – Антон Панарин

Подбежав к стене, я потянулся к теням. Чёрные жгуты окутали меня со всех сторон и перебросили через забор. Падать с восьмиметровой высоты — то ещё удовольствие. Особенно когда ты падаешь в лужу. Я ушел в перекат, чтобы не сломать ноги, и тут же спрятался в тенях. Провалившись в черноту, я затаил дыхание. Луч прожектора ударил туда, где я был мгновение назад.

— Что там? — спросил грубый голос сверху.

— Понятия не имею. Сейчас проверим.

Луч света блуждал всего в миллиметре от моего укрытия. Если прожектор попадёт на меня, то спрятаться в тенях уже не выйдет. Слишком мощное освещение. Меня мигом выбросит наружу.

Прошла целая вечность, пока два гвардейца спустились с башни, осмотрели местность и убрались восвояси. Забавно, но один из них наступил прямо туда, где я скрывался. Весьма странно смотреть на подошву врага, стоящего над твоей головой. Как только они ушли, я короткими перебежками рванул к кустарнику, растущему в двадцати метрах от забора.

Спрятавшись в кустах, я сосредоточился и ощутил поток маны, струящийся по земле. Додумались нанести защитный контур? Молодцы. Это всяко надёжнее гвардейцев, сидящих на вышках. Я прикоснулся ладонью к снегу и выпустил из неё тонкую струйку маны. Она устремилась к защитному контуру, а когда коснулась его, я услышах звон. Будто ударили по гитарным струнам.

Очень занятно. Это не обычный защитный контур. Он завязан на ритмической последовательности, которую без знания дела не отключить. Ошибёшься? Зазвучит сигнал тревоги и вся округа сбежится, чтобы содрать с тебя шкуру. Вот только для меня это слишком простая задачка, тем более, что в Чертогах Разума я детально вижу структуру магической конструкции.

Контур дрогнул. Послышался звук рвущейся струны, после чего всё затихло. Проще пареной репы. Я проскользнул во внутренний двор. Потушил следующий контур защиты. Дважды обошёл патрули. Чем дальше я продвигался, тем сильнее чувствовал запах конюшни. Пахло прелым сеном и навозом. Не самый лучший аромат, но радует, что здесь намного меньше патрульных, чем у самого дворца.

А вот и длинное здание. Конюшня. Где-то там была моя бабушка — Маргарита Львовна. Жди, родная. Я почти на месте.

Эх… Знаете, как бывает? Несёшься к цели, как метеор, сметая преграды на пути. А потом — бац! — и судьба подкидывает тебе под ноги банановую кожуру, как в дурацких мультфильмах, которые любили смотреть дети Дреморы. Ты подскальзываешься, падаешь и разбиваешь затылок в кровь. Или попросту проносишься мимо цели. Так случилось и в этот раз.

Я сосредоточился на отключении последнего контура, отделяющего меня от конюшни. Через её стены я видел алый контур бабушки. Казалось, протяни руку и сможешь спасти старушку, но нет. От постройки меня отделяло шагов пятнадцать. Увы на этот раз я сидел на открытом месте и так был сосредоточен, что проморгал приближающихся патрульных.

Из-за угла вышел один боец. За ним ещё пятеро. Яркий луч фонаря ударил мне в лицо. Патрульные потянулись к оружию, собираясь что-то закричать, однако я оказался быстрее. Оторва возникла в моих руках, а пальцы сами собой нажали на курок. Выстрел ударил по ушам, оставив после себя пронзительный писк.

Сжатая до невозможности энергия вырвалась из ствола, как ревущий зверь. Яркий луч задел землю, угол конюшни и обуглил до костей патрульных. Они сгорели заживо, даже не поняв, что произошло. Разумеется, такую яркую вспышку не могли не заметить. Лучи прожекторов метнулись прямо на меня. Завыла сирена. Из динамиков послышался суровый басовитый голос: