Книга Эволюционер из трущоб. Том 8, страница 105 – Антон Панарин

— Все назад! Я сам разберусь с этой образиной! — выкрикнул я и, хищно оскалившись, шагнул навстречу зверюге.

Тварь шумно дышала, бездонно-чёрные глаза, язык, свисающий набок, массивные лапы, мощная грудная клетка, острые, как кинжалы, зубы и когти. А ещё у существа имелись забавные уши, похожие на лопухи. Если бы я не видел способностей твари, то никогда бы не подумал, что она представляет опасность. Конечно, если не брать в расчёт опасность умереть со смеху. Ведь вид у неё весьма несуразный.

— Ну? Чего пялишься? Хочешь поиграть? — спросил я, занося молот над головой.

Тварь склонила голову набок и с интересом посмотрела на меня. Подпрыгнула, развернулась вокруг своей оси и… Гавкнула? Зверюга стала носиться вокруг меня, то прижимаясь к земле, то подскакивая. Глаза сияли озорством, а от агрессии не осталось и следа. Признаюсь честно, это меня весьма озадачило. Я, конечно, исследовал не всю аномальную зону, но подобного ранее не встречал.

— Эм-м-м… — задумчиво протянул я и, размахнувшись, швырнул молот за спину твари. — Апорт!

Вроде бы именно эту команду кричат собакам, когда бросают им палку. На удивление, это сработало. Зверюга, похрюкивая, рванула за молотом. Выпрыгнула, разинув пасть, и острые клыки сомкнулись на рукояти ударного инструмента. В следующее мгновение тварь резко уменьшилась в размерах и, издав жалобный писк, рухнула в сугроб.

Я подбежал ближе, сплетая заклинание ледяных игл, и с удивлением произнёс:

— Что ты такое, мать твою за ошейник…?

— Ну всё, падаль! Молись своим богам! — выкрикнул я, формируя ледяное копьё для удара.

— Жрать! — послышался звонкий голос, и на меня уставились невероятно яркие зелёные глаза.

Тварь, которая ещё секунду назад с лёгкостью противостояла натиску моих гвардейцев, сидела на заднице и, высунув язык, игриво смотрела на меня. Большие уши торчат вверх, приплюснутая смешная мордочка с чёрным носом в виде кнопки, тёмно серая шерсть с белизной на шее. Сбитые бока, короткие лапки. Внешне существо напоминало смесь поросёнка и собаки. Я встряхнул головой, не понимая, что сейчас произошло, и снова услышал.

— Будем жрать или играть? — тварь повернула голову набок и с интересом уставилась на меня.

— Эм-м-м… Это ты мне? — растерянно спросил я, не сводя взгляда с существа.

— Хозяин, хорош тупить. Будем жрать или играть? — разинув пасть, рычащим человеческим голосом проговорил пёс.

— Будем жрать, — задумчиво сказал я и призвал из хранилища банку тушенки, которую тут же кинул псине.

— Ну ты издеваешься? У меня что, есть консервный нож? Или я должен жесть грызть? — спросила неведомая зверушка, глядя на меня исподлобья.

— Я думал, ты с лёгкостью раскромсаешь банку.

— Ага. С лёгкостью, — хмыкнул пёс. — А потом в туалет как ходить? Жестянка же мне всю жопу разорвёт, — псина начала часто дышать, и этот звук походил на смех.

— А ты забавный, — усмехнулся я и призвал их хранилища пакет с вяленым мясом. Достал из пакета полоску ароматной говядины и протянул её псу. Тот без разговоров выхватил кусок и принялся жевать, обливаясь слюной.

— Ещё бы пивка, было бы шикарно, — прокомментировал зверёк.

— Ты не только говоришь, но ещё и алкоголик? Замечательно, — хихикнул я и протянул руку, чтобы погладить пса.

Тот тут же ткнулся мне в лодонь массивным лбом и заскулил от удовольствия.