Книга Не грози Дубровскому! Том 13, страница 119 – Антон Панарин

— Давай, родственник! Покажи им! — подбодрил я Гришу, а сам создал под ногами оставшихся путников лозы, которые стали поднимать нас наверх, словно на лифте.

— Дубровский! Какого чёрта? — воскликнул Григорий, когда мы его обогнали.

— Продолжай подниматься! Мы впечатлены твоей техникой! — ухмыльнулся я.

На вершине мерцал туманный переход, куда мы и запрыгнули прямо с платформы лифта. Пятый уровень оказался пустыней. А вдали виднелся город, утопающий в пальмах. Мы сели на песок и дождались, пока Оболенский нас догонит. Он был зол, как чёрт, руки содраны в кровь, надрывно дышит, сверлит нас взглядом.

— Козлы, — только и сказал он, шумно дыша, и рухнул на песок.

— С кем поведёшься, от того и наберёшься, — пожал плечами Картаполов.

— Хочешь сказать, что это я козёл, и вы набрались подобного от меня? — улыбнулся Григорий.

— Выходит, что так, — хихикнул Ершов.

Пока ребята болтали, я призвал Клювика и отправил его на разведку. Город принадлежал крысолюдам. Огромная колония из тысячи особей спешно эвакуировалась. На крышах домов стояли крысюки и тыкали лапками в нашем направлении, а крысы поменьше грузили вещи в повозки и вместе с ними бежали прочь. Проклятье. Да мы для них выглядим всесильными существами.

— А это что за городок? — спросил Оболенский.

— Безжизненный. Клювик уже показал, что там никого нет, — ответил я и невольно улыбнулся.

Год назад я бы с радостью ворвался в этот город и перебил всех крысолюдов. В конце концов, помимо кучи макров, там можно найти и разнообразное снаряжение. А сейчас… Сейчас, стоя на грани жизни и смерти, я куда больший друид, чем год назад — и выбираю жизнь. Жизнь не только для себя, но и для окружающих.

— Фу. Жарища. — Оболенский вытер лоб и посмотрел на меня. — Может, пропустим пустыню и просто долетим на Клювике до следующего пробоя?

— Согласен. У меня тоже нет желания шляться по пескам, — поддержал Лев.

— А как же приключения и вот это вот всё? — издевательским тоном спросил я.

— Лучше поприключаемся в нормальном климате, — сказал Ершов. — Вызывай аэротакси. Летим отсюда.

— Зануды, — резюмировал я и велел коршуну вернуться.

Спустя два часа полёта по изнуряющей жаре мы добрались до высохшего моря, на дне которого виднелись огромные кости погибших существ, а также пробой.

— О! Вам понравится! — выкрикнул я, видя, что пробой находится в центре глотки песчаного червя.

Как только мы начали спускаться, со всех сторон поднялись шипастые стены, покрытые острыми клыками. Червь заревел, захлопывая пасть. Если бы у нас не было Клювика, то шанс на выживание стремился бы к нулю, а так…

— Твою ма-а-ать! — заорал Лев и, потянувшись к мане, выбросил огромный поток пламени, что было бесполезно. Червь привычен к высоким температурам.

— Я здесь не подохну! — крикнул Картаполов и призвал дракона, который, на фоне песчаного червя, был лишь жалкой мошкой.

Летучая ящерица использовала ледяное дыхание, но площадь замерзания оказалась незначительной. Ершов понял, что его магия крови ничего не решит, и даже не стал рыпаться, доверившись мне. Ну конечно, а как иначе? Я ведь всегда знаю, что делать.

А вот Оболенский поддался панике и за пару секунд выплеснул из себя всю имеющуюся ману, создав шквал молний. Правда, от шквала толку не было никакого. Это заклинание начинает действовать лишь через десять секунд после его активации. А пока над нами лишь потемнели небеса, в которых стали собираться черные тучи. Я ускорил Клювика, и мы на полной скорости влетели в пробой.