Книга Не грози Дубровскому! Том 13, страница 118 – Антон Панарин

Но это так, предположение. Возможно, они чувствуют наши ауры и понимают, что с магами, чей уровень выше седьмого, не стоит иметь дел.

— Да ты куда, падла, собралась⁈ — крикнул Лев, ухватил сколопендру за жвалы и резким движением вытащил на поверхность.

Тварь жутко зашипела, забилась в конвульсиях, а потом так дёрнулась, что оторвала кусок клешни, оставив его в руках Льва, а сама, подёргиваясь, уползла прочь.

— И что? Так от нас будут все убегать? На кой-чёрт мы тогда вообще пошли вместе с тобой? — спросил Ершов.

— А я вас предупреждал. Это будет лёгкая прогулка, — хмыкнул я и пошел дальше, так как за соседним валуном ощущал пробой на новый уровень изнанки.

— Виктор, может ты пойдёшь позади, а мы, как авангард, будем прокладывать тебе дорогу, оставляя за собой трупы тварей? — воодушевлённо спросил Оболенский.

— Как будет угодно, — кивнул я, обошел валун и заметил полупрозрачное марево, войдя в которое, очутился в еловом лесу.

Деревья были невероятно высокими, я даже затрудняюсь сказать, сколько в них метров. Сто или двести? Впрочем, это не так важно, важно то, что здесь была кромешная тьма. Тьма и жужжание.

— Слышите⁉ — обрадовался Лев.

— Похоже, какие-то насекомые, — отозвался Картаполов.

Я покрыл свою кожу люминесцентной грибницей и стал светиться зелёным, словно новогодняя ёлка. Ребята не просили меня о помощи, но и их я покрыл грибницей.

— Зараза! Как же чешется! А это обязательно? — спросил Оболенский, потирая кожу на предплечье.

— Если не хочешь свернуть шею, то обязательно, — проворчал Картаполов и указал вперёд.

Почка оказалась неравномерной. То была гладкой, как лист бумаги, то резко исчезала, превращаясь в бесконечно глубокий обрыв. Я собирался создать лозы, чтобы перелететь на противоположную сторону, как вдруг из темноты со всех сторон на нас вылетел гигантский рой насекомых! Они накинулись одновременно отовсюду, сверху, с боков. Оглушительно жужжали и готовились отобедать нами.

— Ну, наконец-то! — выпалил Лев и потянулся к мане.

Но… Когда до цели оставалось около десяти метров, мошкара что-то почувствовала и так же стремительно исчезла, как и появилась.

— Да вы издеваетесь⁈ Идти в изнанку — и никого не прибить⁈ Мне нужна история для отца! — воскликнул Лев и со злости ударил по дереву, которое тут же загорелось, осветив округу.

— Устроить лесной пожар — это отличная мысль, — покачал головой Картаполов и потянулся к мане, создав ледяную переправу через пропасть. — Определённо, поможет тебе добыть для отца историю.

— Историю, в которой один молодой князь помер от угарного газа, и я сейчас говорю не о Дубровском, — укоризненно сказал Ершов.

— Да понял я, понял, — вздохнул Лев и пошел следом за нами.

На этот раз фляга указывала на юг, причём нужная нам точка располагалась на самой вершине одного из раскидистых деревьев. Как и в прошлый раз, прогулка была вполне спокойной. Разговоры ни о чём, пробойные медведи, зыркающие на нас издалека и несущиеся наутёк, как только мы их замечали. Одним словом, опасность нулевая.

Наконец, мы добрались до дерева, которое в обхвате было не меньше пятнадцати метров. Где-то на вершине должен был быть пробой на пятый уровень изнанки.

— Ха! Сейчас я покажу вам, как надо лазать по деревьям! — воскликнул Оболенский, закатал рукава, и полез вверх.