Книга Я (не) прощу тебя. Измена мужа, страница 65 – Юлия Рябинина

Вступается мать, взывая к человечности Игната, но муж даже не взглянул в ее сторону. Его глаза были прикованы ко мне. Черт! Только сейчас поняла, что я, затаив дыхание, жду ответа от мужа. Даже во рту пересохло от волнения.

— Значит, ты приняла решение?! – хриплым, будто простуженным голосом, интересуется.

— Хватит запугивать нас, Игнат. Ксюша тебе не вещь и не игрушка…

— Я не понял?! У нас тут секретарь появился? – с иронией в голосе муж прерывает родительницу.

— Мам, я тебя прошу, не нужно, – останавливаю маму, перехватив ее руку. – Мы сами разберемся.

— Все. Мне больше не о чем с тобой говорить. На этом закончим. После выходных, встретимся в суде, – ставит перед фактом муж, как будто сценарий сегодняшнего дня был прописан заранее.

Я в смятении кручу головой, пытаясь найти поддержку: взгляд скользит от перекошенного гневом лица мамы к обескураженному лицу Аркадия. По тому, как расширены глаза, я понимаю, что такого дурдома он еще не видел.

Поняв в этот момент то, что помощи ждать неоткуда, я, срываясь с места, толкаю Аркадия, тот, не ожидая от меня подобной выходки, пятится вбок, таранит Игната. Это дает мне фору в несколько так нужных мне секунд. Выскакиваю за дверь. С грохотом ею хлопаю. И, отыскав опору, приваливаюсь к полотну спиной, размышляю, где может находиться Кира.

Вдох-выдох. Сердце в груди заходится в бешеном ритме. Дыхание не помогает. Напряжение внутри нарастает такое, что даже слышу, как звенят натянутые в тугую струну нервы.

Зыркаю по сторонам. Я знаю, что Кира где-то рядом. Я чувствую ее.

Прямо за моей спиной, по ту сторону двери, слышится грубое ругательство Игната. Меня охватывает паника. Отталкиваюсь вспотевшими ладонями от двери и, больше не медля ни секунды, бегу в сторону выхода. По бокам от меня мелькают двери. Одна. Вторая. Все плотно закрыты.

От страха, что не смогу найти Киру, меня начинает одолевать ужас.

— Ксюша! Стой! – меня догоняет голос Аркадия и громкие, неумолимо приближающиеся шаги.

Я, не оборачиваясь, могу предположить, что это Игнат.

Подгоняемая охватившим меня безумием, я не останавливаюсь, продолжаю бежать и вдруг, прямо перед моим носом, резко открывается дверь.

Чудом удается не впечататься в нее носом. Отскочив к противоположной стене, я оказываюсь напротив входа. Откуда на меня заплаканными глазами смотрит Кира.

— Мама! Мама! – кричит дочка.

Вскочив со стула, она бросается ко мне. Но я оказываюсь слишком медлительной, потому как мне даже шага не удается сделать, когда прямо передо мной вырастает фигура мужа. Закрывает проем, а следом и дверь. Прячет за ней от меня Киру.

— Чудовище, – всхлипывая, поднимаю на него глаза, – ненавижу тебя.

— Ты упустила свой шанс.

— А знаешь что… – меня вдруг захлестывает такая ненависть, что в неконтролируемом порыве злости кидаю Игнату в лицо. – Ты не получишь ничего. Ни одного. Ни второго ребенка. Киру я у тебя заберу через суд, я из кожи вон вылезу, но тебе ее не отдам, а ты… Ты останешься возле разбитого корыта!

— Что ты задумала? – хрипит муж, нависая надо мной.

— Отдай мне Киру. Не толкай меня на крайний шаг, – сглатывая слезы обиды, храбрясь отвечаю мужу вызывающе.

— Игнат. Да ты и правда сумасшедший. А я не верил. Ты возьми себя в руки, зачем ты нападаешь на жену? Это какой-то кошмар. Первый раз наблюдаю подобное.