Книга Вернуть семью любой ценой, страница 58 – Чарли Ви

Мы зашли в холл дома, Вика замерла. Прижала Машу к себе ещё крепче. Здесь она была впервые.

— Идём, покажу тебе комнату, — позвал её.

Она лишь кивнула, не глядя на меня. Мы поднялись. Я открыл дверь в ту комнату, где жила Маша. Светлые стены, большая кровать, мягкий ковёр, и у стены — новая, идеально белая детская кроватка. Я боялся, что Вике не понравится дизайн. Но она просто вошла, бросила беглый взгляд и осторожно уложила Машу.

Машенька тут же заворочалась, открыла глаза. Её сонный взгляд поплыл по комнате, нашёл меня… и её лицо озарилось самой солнечной, самой доверчивой улыбкой на свете.

— Па-па! — радостно позвала она и потянула ко мне ручки.

Тёпло расползлось по моей груди. Я шагнул вперёд, подхватил её, прижал к себе, вдыхая этот детский запах. Она устроилась у меня на руках, совершенно расслабленно, как будто это было самое естественное место в мире.

Вика стояла рядом и смотрела немного растерянно, с детской обида. Она не понимала. В её картине мира я был монстром, чудовищем, которое всё отняло у неё. Она не понимала, как это чудовище может держать её ребёнка, а ребёнок — так безоглядно к нему тянуться. Её внутренняя вселенная, построенная на ненависти ко мне, дала трещину, и это причиняло ей страдание.

А я-то знал. Знал. Маша тянется ко мне, потому что чувствует отцовскую любовь. Не зря же говорят, дети чувствуют искренность. Я любил свою девочку. Но моя любовь была не в красивых словах, которые я никогда не умел говорить. она была в моей защите, в поддержке, в желании сделать всё для своего малышки.

Я хотел этого ребёнка. От неё. Не для сделки, не для наследства, не для «продолжения рода». Просто хотел. Это была часть Вики. Часть нас, какими бы мы ни были. И Маша, чистая и нежная, видела эту правду сквозь все наши взрослые войны.

— Она, наверное, проголодалась, — нарушил я тягостное молчание, стараясь говорить как можно мягче. — И ты тоже. Спустимся? Повар что-нибудь должен был приготовить.

Вика молча кивнула, опустила глаза. Чтобы не травить ей душу, я передал Вике Машу. Та уже проснулась окончательно и радостно болтала ножками, оглядывая новое место с интересом.

На кухне, в свете тёплых ламп, пахло супом и свежей выпечкой. Я усадил Машу в высокий стульчик (его никто не убрал, и слава богу — я мысленно повысил зарплату всему штату слуг).

Вика села напротив, механически разглаживая салфетку.

И в этот момент зазвонил мой телефон. «Арсений».

— Извини, — сказал я вставая. — Это по нашему вопросу. Я в кабинете. Чувствуй себя как дома. Еда в холодильнике.

Уединившись в кабинете, я принял вызов.

— Говори, Арс.

— Макс, — его голос, как всегда, был спокоен и слегка насмешлив. — По бухгалтеру — почти готов. Ты ещё просил проработать «посещение» особняка паука.

— Да. План изменился. Нужно не просто проверить. Нужно достать одну конкретную вещь. Бумажную записную книжку, дневник Викиного отца. Она где-то в кабинете паука. И думаю, там достаточно данных, чтобы приложить к делу, — Я сделал паузу, заставляя себя произнести следующее. — И для этого нам нужна Вика. Она знает его повадки. Она пойдёт с твоим человеком.

В трубке повисло короткое, но красноречивое молчание. — Ты в своём уме? Ты хочешь свою… женщину тащить на такое? Это же не экскурсия.