Книга Фиктивные. Моя по контракту (1 книга), страница 142 – Юлия Четвергова

За всё в этом мире нужно платить, София. Терпи, — успокаиваю себя.

Ресторан, где нас ожидают, располагается на последних двух этажах небоскрёба, который снизу напоминает иглу. И, чтобы попасть в главный зал, нам нужно подняться на лифте.

Полностью. Стеклянном. Лифте.

Заметив мои округлившиеся глаза, Егор, с довольной улыбочкой, которую он даже и не думает скрывать, прижимает меня к себе. Властно и собственнически.

Ухо со свисающими до плеч золотыми серьгами, инкрустированными бриллиантами, опаляет его интимный шёпот:

— Я рядом, котёнок. Если страшно, смотри только на меня.

С губ вот-вот должно сорваться что-то едкое и саркастичное. Но тут лифт начинает поднимать нас вверх, и мои внутренности сиротливо липнут к лёгким, а те в свою очередь стремятся куда-то к горлу.

Мамочки!

Даже не заметив, как вцепилась в пиджак Морозова мёртвой хваткой, я всё же опускаю взгляд вниз.

Егор прав: любопытство — мой главный порок. Прям, как у кошки. Не зря он меня так зовёт.

Мне открывается вид одновременно ужасающий и завораживающий. Огни машин стремительно превращаются в золотые реки, а люди — в едва заметные точки. Я словно внезапно обрела крылья за спиной. А весь этот мир — со своими проблемами, тяготами и печалями — остался внизу.

— Нравится?

— Честно? — Смотрю в завораживающе синие глаза напротив. — Я ещё не решила в восторге я или вот-вот умру от сердечного приступа.

Егор по-лисьи щурится.

— Чего уж точно не нужно делать, так это умирать. Вечер только начинается, поэтому выбирай первое, — загадочно улыбается в ответ и кладёт мою руку себе на локоть. — После вас, мадам.

Стоит ему закончить фразу и двери лифта бесшумно открываются. Нас встречается густая, бархатная тишина, нарушаемая лишь приглушённым перезвоном хрусталя и едва слышными разговорами. В воздухе витает аромат белых лилий и морского бриза. Отполированный до зеркального блеска тёмный гранит под ногами отражает низкие потолки и тысячу крошечных светодиодов, имитирующих звёздное небо.

Метрдотель — мужчина с седыми висками и лицом, не знающим улыбки — склоняется в безупречном поклоне.

— Добрый вечер, господин Морозов, госпожа Морозова. Вас уже ожидают.

Не говоря больше ни слова, он ведёт нас мимо столов — самых настоящих островков приватности. Каждый из них окружён либо полупрозрачной ширмой из шёлковой бумаги с изящными узорами, либо живой стеной из редких орхидей, чьи лепестки отливают призрачным сиянием в мягком свете.

Сидеть здесь — всё равно, что находиться в собственной вселенной. При желании можно даже не заметить чужого присутствия.

Освещение исходит отовсюду и ниоткуда: от «звёзд» на потолке, от мягкой подсветки под столом, от города за стеклом, который лежит внизу, подобно рассыпанной коробке с драгоценностями.

За столиком напротив панорамного окна, нас уже действительно ожидали. Вот только, кроме Александра и Елены, я замечаю ещё двоих гостей: грузного мужчину с умными, но жёсткими глазами и… Ингу.

Предчувствие, сосущее под ложечкой, подсказывает, что она здесь не просто так. Как и на благотворительном вечере, это будет очередной камень в мой огород. От Александра. Отличие только в том, что в этот раз, судя по сверкающему взгляду, глава семейства настроен радикально. И сегодня он собирается окончательно избавиться от досадной помехи в моём лице.