Книга Вера и рыцарь ее сердца, страница 525 – Владимир Ланге

— Папа, ты не волнуйся, всё очень просто. Главный врач Чернов знал, что меня приглашали занять его место, но он не знал, что я отказалась. Высокообразованная Гайдарчук собирается выиграть очередные выборы в председатели сельского совета. Меня уже просили представители трёх северных предприятий, обосновавшихся в нашем округе, выдвинуть свою кандидатуру на этот пост, и мне была обещана поддержка, но я отказалась, и отказалась категорически. Этому несчастная Гайдарчук не смогла поверить или не захотела, а с Петром Петровичем всё ещё проще, он хочет мой дом своей властью заведующего больницей передать своему сыну.

— Я вот что тебе скажу, Вера, на прощание. Пусть девизом у тебя будут слова товарища Сталина: «Наше дело правое, победа будет за нами!».

Витя и Таня обрадовались поездке в Караганду во время учебного года, а Вера, как могла, старалась эту радость детей не испортить своими слезами.

Болела Верина душа за будущее Андрюшино, за так и не построенную церковь, которая по документам носила название Святой Елены и Святого Константина.

Со своим имуществом Вера расставалась легко. Хрусталь, ковры, мебель и пианино уходили влёт. Продала и раздавала она своё добро со спокойной душой. Стайки опустели, и заготовленное летом сено жевать было уже некому. Только расставание с Пиратом далось ей очень трудно. Пирата забирала Фрида, которая подкармливала пса, когда Веры и детей не было дома, и любила его, но Пират был и оставался однолюбом.

Пират в Андрюшино пользовался славою непобедимого пса. Однажды зимой дети вбежали в дом с воплями, что Пират умирает. Вера, накинув шаль на плечи, выбежала во двор. Пёс без сил лежал на снегу рядом с собачьей будкой, а снег вокруг него быстро окрашивался в бурый цвет. Вчетвером они перенесли раненого Пирата в стайку к овечкам и уложили на сено. Вера обработала его раны и укрыла фуфайкой, потом они всей семьёй уселись рядом с ним, чтобы оказать ему моральную поддержку. Пират, не привыкший к такой сентиментальности хозяйки, любящим взглядом оглядел семью и поднялся на лапы, стряхнул с себя фуфайку и поковылял в другой угол стайки.

Вера сама не знала, почему Пират все эти годы был так ей верен. Иногда в сильные морозы Пират коротал вечера дома вместе с детьми, хотя это не входило в домашнее правило, по которому дом – для людей, а будка – для собак, но дети не любили это мамино правило. В её отсутствие Пират нежился в домашнем уюте, предпочитая лежать только на Вериной кровати, а теперь он страдал, видя, как разворовывают люди хозяйский дом, унося из него вещи и мебель.

Зная, что наутро Пирата заберут из дома его новые хозяева, Вера поздним вечером вышла на улицу, чтобы заранее попрощаться с ним. Пёс не спал, он внимательно смотрел на хозяйку, которая говорила ему ласковые слова, но не притих под её рукой, как это бывало, а вытянул голову к небу и тоскливо завыл. От этого воя сердце женщины стало истекать болью, а её глаза – слезами, а утром следующего дня Пирата увели со двора.

На своём последнем новогоднем балу в Андрюшино Вера была настоящей Золушкой, которую отправила на бал добрая фея. Она в бальном красном платье кружилась в вальсе с самыми искусными деревенскими танцорами. Радостно мелькали огоньки на ёлке, в вихре танца её юбка развевалась волнами, а красные туфельки словно скользили по воздуху. Вальсируя, она чувствовала себя счастливой, и от этого счастья улыбалась каждому, даже важной Наталье Александровне, сидевшей в дорогих одеждах на почётном месте.