Книга Милфа для генерала дракона, страница 65 – Кристина Юраш

Он смотрел прямо мне в глаза. В упор. И в этом взгляде не было высокомерия. Было что-то другое. Тяжелое. Древнее.

— Потому что это произошло в моей семье, — сказал он.

Я замерла. На одно короткое мгновение. Воздух в комнате стал плотным, наэлектризованным. Потом я тихо рассмеялась. Горько. Безнадежно.

— В вашей семье происходило много такого, чего вы предпочитали не замечать, Лагерт. Вы вообще умеете замечать то, что происходит у вас под носом?

Я помолчала.

— Вчера я была для вас опасной тещей, которую нельзя подпускать к ребенку. А сегодня вдруг стала семьей?

Его лицо не изменилось. Маска осталась на месте. Только взгляд стал тяжелее, темнее. Как небо перед грозой.

— Маркиза.

— Пропустите, — с раздражением повторила я.

— Нет.

— Вы не имеете права удерживать меня, — возмущенно произнесла я.

— Тогда ответьте.

Я медленно выдохнула, чувствуя, как внутри натягивается струна. Тонкая. Дрожащая. Готовая лопнуть.

— Вы действительно хотите это услышать?

— Да.

— Хорошо, — зловещим голосом произнесла я. — Семейные тайны так семейные тайны.

Я скрестила руки на груди, защищаясь. Пальцы впились в ткань платья, оставляя белые следы.

— Но сначала…

Он ждал. Терпеливо. Неподвижно.

— Я жду извинений и…

На этот раз молчание затянулось. Стало густым, тягучим. Часы на стене будто замерли, боясь нарушить эту паузу.

— И? — спросил он наконец. Голос прозвучал глухо.

— И возможности видеть внука тогда, когда мне это необходимо. Без секундомеров. Без унизительных условий. Без ощущения, что я преступница.

Он долго смотрел на меня. Оценивал. Взвешивал.

— Мы сейчас говорим не об этом, — произнес он.

— Нет, — я покачала головой, чувствуя, как дрожь проходит по позвоночнику. — Именно об этом. Потому что вы требуете правду. А правда дорого стоит, генерал. Она не дается даром. Особенно вам.

Он сделал шаг ко мне. Совсем небольшой. Но пространство между нами сократилось настолько, что я почувствовала исходящий от него жар. Физически. Он обжигал кожу, проникал под платье, в кровь.

— Хорошо. Я прошу прощения за то, что не поверил вам. Я разрешаю вам видеться с ребенком, но только в моем присутствии. Время не ограничено! Но единственное условие — мое присутствие.

Он смотрел на меня, а я на него.

— А теперь говорите, что произошло? — спросил он. И в этом вопросе не было приказа. Была мольба. Тихая, скрытая, но настоящая.

Я посмотрела ему прямо в глаза. В эти серые, холодные, как зимнее небо, глаза, которые сейчас были полны чего-то, чему я не могла дать имени.

— Вы правда готовы узнать?

— Да.

Я молчала. Слушала свое дыхание. Чужое. Тишину комнаты. Дождь за окном.

Потом очень тихо произнесла:

— Однажды я заметила странную деталь. Лотесса подросла, а мой муж стал смотреть на нее… эм…

Я увидела, как он нахмурился. Брови сошлись к переносице. Недоумение. Растерянность.

— …слишком внимательно.

Он не понял. Это было видно сразу. В его глазах мелькнула пустота. Неведение.

— Что вы имеете в виду? — спросил он, и в голосе прозвучало напряжение.

— Сначала я решила, что мне показалось, — мой голос звучал удивительно спокойно. Будто я рассказывала чужую историю. Наверное, так и было легче. Если бы я говорила о себе, я бы разбилась. — Потом он всё чаще искал повод остаться с ней наедине. Задерживался в ее комнате. Под предлогом помощи. Под предлогом разговора.