Книга Милфа для генерала дракона, страница 64 – Кристина Юраш

Он поклонился, развернулся и вышел, оставив нас двоих наедине с тишиной и спящим ребёнком.

Дверь за доктором закрылась тихо, но сразу после этого стало тихо. Даже тиканье часов на каминной полке словно стихло, уступая место давящей, звенящей пустоте.

Я медленно выдохнула, чувствуя, как из легких уходит горячий воздух, а вместе с ним — и остатки сил. Колени ныли, спина горела огнем, а в висках пульсировала тупая боль.

— Мне тоже пора, — произнесла я, больше для себя, чем для него. Голос прозвучал хрипло, чужим.

Я повернулась к двери, делая первый шаг. Но не успела сделать второй.

— Маркиза.

Его голос прозвучал спокойно. Слишком спокойно. В этой ровности было что-то пугающее, тяжелое, как свинцовая гиря на шее. Я остановилась, но не обернулась. Спина была прямой, подбородок поднятым — привычная броня, которая держала меня все эти дни.

— Что за отравление?

Я усмехнулась. Коротко, сухо, без радости. Конечно. Не «спасибо». Не «вы спасли моего сына». Не «простите». И даже не «как вы себя чувствуете».

Сразу к делу. Сразу к фактам. Будто я была не женщиной, которая только что прошла через ад, а протоколом, который нужно заполнить перед сном.

— Не ваше дело, генерал, — отрезала я.

Я снова сделала шаг к выходу. Но выйти не смогла. Он уже стоял перед дверью. Не касаясь меня. Не хватая за руки. Просто перегородив проход собой.

Высокий. Широкоплечий. Спокойный. И почему-то именно сейчас он казался больше, чем обычно. Тень от его фигуры накрыла меня целиком, отрезая путь к свободе.

— Пропустите, — сказала я, стараясь, чтобы голос не дрожал.

— Нет.

Я медленно подняла голову, встречаясь с его взглядом. Серые глаза смотрели на меня снизу вверх, и в них не было ни капли усталости, которую я видела еще час назад. Только холодная, звериная сосредоточенность.

— Простите?

— Ответьте на мой вопрос.

Я коротко рассмеялась. Звук получился ломаным, некрасивым.

— Какая удивительная перемена. Еще час назад мои слова ничего не стоили. Вы называли меня монстром. Угрозами. Секундомером. А теперь вы вдруг захотели услышать правду? Я бегала за вами в надежде услышать «простите, был не прав!», а теперь, когда я хочу побыть одна, вы начали бегать за мной с расспросами. Эта история вас не касается.

Он молчал. Ждал. Его терпение было бесконечным, как каменная стена.

— Так что я уже ответила, — продолжила я, глядя прямо в эту стену. — Не ваше дело.

Я попыталась обойти его слева. Он сделал едва заметный шаг в сторону, перекрывая дорогу. Я метнулась вправо — и снова уперлась в его плечо. Это был танец, в котором я всегда проигрывала. Танец силы против воли.

Внутри медленно, вязко закипала злость. Она поднималась от самого живота, горячая и липкая, смешиваясь с болью в спине и страхом, который я прятала так тщательно. Наверное, нужно было бы принять лекарство, а то меня опять замучает эта проклятая изжога. Яд даром не прошел для моего организма, так что теперь изжога стала моей постоянной спутницей.

— Генерал, — произнесла я, и в моем голосе прорезались стальные нотки.

— Кто вас отравил?

— Вас это не касается, — тихо и с расстановкой произнесла я.

— Касается.

— Правда? — Я приподняла бровь, изображая вежливое недоумение. — С каких это пор моя жизнь стала вашим делом? После того, как вы запретили мне брать на руки собственного внука? После того, как выставили меня за дверь? Или после того, как назвали сумасшедшей?