Книга Дракон и диковинка для драконёнка, страница 75 – Саша Винтер

— Около полугода, — отвечаю я. — Чуть больше, наверное.

Дэвлин светлеет и хлопает в ладоши.

— Речь идёт о каком-то объекте недвижимости, который был защищён законом от присвоения в течение полугода после смерти владельца, — говорит он. — Спустя полгода Фаэлин и все, кто замешан, добрались до заветного актива, но он оказался запечатан астральной подписью рода, родовой печатью Эррианов.

У меня в голове складывается отвратительная картина.

— Поэтому они забрали Тиберия, — догадываюсь я вслух. — Теперь им нужен живой потомок Эррианов, чтобы снять родовую печать.

Сын вздыхает. Бросает взгляд на часы.

— Полетели в архив, — говорит он. — Архивариус, конечно, поворчит, но она меня любит. Пустит просмотреть записи.

Он отталкивается от стола и направляется к двери.

— Нужно выяснить, что за активы были у семьи Эррианов, — бросает мне через плечо. — И я уже знаю, где искать.

Я иду за ним. Я тоже знаю, где искать. Только это время. А у Тиберия оно ограничено. Как и у Элины. Её наверняка забрали, чтобы надавить на драконёнка.

Мысль о том, что кто-то причинит ей боль, чтобы Тиберий снял печать, пробегает под кожей рябью чешуек и непрошенной дрожью. А вдруг он не знает, как? Или не сможет?

Хочется плюнуть на все архивы и прямо сейчас рвануть на Юг. На побережье. Глазами найти пресловутый объект, чем бы он ни был. Но я понимаю, что Дэвлин прав. Надо найти координаты, чтобы не тыкаться вслепую.

Держись, Элина. Я уже иду по твоему следу!

Дэйнарин

Мы выходим на террасу. Холодный воздух облизывает лицо, сдувает лишние мысли. Остаётся только одно — время.

Я обращаюсь сразу. Кости смещаются, тело увелиыивается, мир становится шире, резче. Взмах крыльев — и я уже в воздухе.

Дэвлин поднимается рядом.

Мы берём курс на центр.

Огни ратуши видны издалека — тёплое золото в ночи. Городская канцелярия, кабинеты правящей верхушки. Служители спят, но народ должен видеть символ власти. Норвен — диктатура, здесь власть подчёркивается особенно.

Но мы летим не в ратушу. Дэвлин кивает мне и сворачивает в сторону. Я лечу за ним.

Он снижается у невысокого трёхэтажного здания. Камень мначный, окна узкие, почти слепые. Тёмные. Ни вывески. Ни охраны.

Мы почти бесшумно садимся на балкон второго этажа.

Я обращаюсь ещё в воздухе, приземляюсь уже человеком и сразу иду к двери. Внутри беснуется мой зверь. Жаждет разнести здесь всё по камешку, но добраться до информации.

Я собираюсь толкнуть створку. Если не откроется — выбить. Но Дэвлин окликает меня.

— Стой, отец, — говорит тихо, но жёстко.

Я оборачиваюсь.

— Это архив, — говорит он. — Не склад. Здесь не ломают двери.

— У нас нет времени, — вырывается у меня с рыком.

— Поэтому мы войдём так, чтобы нас не вышвырнули, — сдержанно парирует он.

Я заставляю себя согласиться. Киваю.

— За мной, нам нужна госпожа Бравн, архивариус, — говорит сын и направляется вдоль балкона.

Деревянный настил под ногами тихо скрипит. Двери вдоль стены заперты. Без опознавательных знаков. Но Дэвлин явно знает, куда идти. Останавливается у последней. В торце балкона.

Стучит несколько раз, сдержанно. Время позднее, и внутри у меня поднимается тревога. Вдруг нам не откроют?

Сначала с той стороны тишина. Потом раздаётся медленно шарканье. Пальцы покалывает от напряжения. Я уже готов выбить створку, когда она открывается.