Книга Двойной удар цветущей сакуры, страница 83 – Рина Львович

Девушки стремительно направились к своим покоям, а за их спинами остался первый сын клана Минамото. Он еще несколько секунд стоял в тишине, глядя на каменное «чудо» в центре сада, представляя, как завтра утром будет с самым серьезным видом спрашивать брата: «Ёсихиро, ты не находишь, что сад обрел новую... экспрессивность?».

Девушки вбежали в свою комнату и, стараясь не дышать, прикрыли за собой сёдзи. Касуми тут же прислонилась спиной к стене и сползла по ней вниз, пытаясь подавить рвущийся наружу истерический смех. Ася, более сдержанная, замерла у окна, прислушиваясь к ночным звукам поместья.

— Ты слышала его? — прошептала Фукуи, зажимая рот рукой. — «Экспрессивность»! Он будет дразнить брата до самой смерти! Этот павлин получил сегодня лучшее представление в своей жизни.

Ася улыбнулась, но в её глазах промелькнула тень задумчивости. Она повернулась к подруге, и её голос стал тише, почти серьезным. — Знаешь, Касуми... он ведь не просто так там оказался. Он знал, что мы пойдем в сад и следил за нами. Или угадал наш маршрут. В любом случае, Араками с самого начала был частью этой игры. Вопрос только в том, насколько глубоко готов зайти старший Минамото, чтобы нас прикрыть.

Фукуи перестала смеяться и посмотрела на подругу с внезапной тревогой.

— Думаешь, он сдаст нас Ёсихиро, если это станет для него выгодно? Тиана покачала головой, глядя в потолок.

— Нет. — Капитан покачала головой. — Араками — игрок. И он выбрал нашу сторону в этой партии. По крайней мере, пока мы для него интересны. — Ася вздохнула и рухнула на футон, уставившись в темный потолок. — Завтра будет весело. Но давай постараемся хотя бы поспать до рассвета. Утро вечера мудренее, особенно когда тебя могут приговорить к харакири за осквернение священного сада.

Рассвет наступил неожиданно быстро. Первые лучи солнца только коснулись крыш поместья, когда тишину западного крыла прорезал звук, который девушки узнали бы из тысячи. Это не был крик. Это был глубокий, вибрирующий от ярости вдох, за которым последовал громовой голос Ёсихиро, разнесшийся по всему двору:

— АРАААКАААМИИИИ!!!

Подруги синхронно открыли глаза и переглянулись. Ася медленно растянула губы в довольной улыбке.

— Кажется, — прошептала она, — «священный алтарь» был принят с восторгом.

Косуми приподнялась на локте и прислушалась к эху, которое всё ещё гуляло по коридорам поместья. В её глазах заплясали бесенята, но она старалась сохранять невозмутимое выражение лица.

— Судя по интонации, он подозревает не нас, а своего дражайшего братца. Что ж, план «Араками — козёл отпущения» сработал даже лучше, чем мы рассчитывали.

Снаружи послышался топот множества ног, приглушённые голоса слуг и звонкий, абсолютно беззаботный смех первого молодого господина, который, судя по звуку, как раз выходил из своих покоев навстречу разгневанному брату.

— Ёси, дорогой! Ты так рано вернулся и уже блуждаешь по саду! Неужели тебя так впечатлила ночная смена декораций в твоём идеальном уголке? — Мужчина остановился перед скульптурой и довольно улыбнулся, втягивая в себя свежий утренний воздух. — Должен признать, это произведение искусства придаёт пейзажу некую... первобытную мощь!

Ася фыркнула, уткнувшись лицом в подушку, чтобы не рассмеяться в голос. Касуми же, приложив палец к губам, бесшумно поднялась и подкралась к двери, пытаясь рассмотреть происходящее в щель.