Книга Двойной удар цветущей сакуры, страница 80 – Рина Львович

В комнате повисла тяжёлая тишина, нарушаемая лишь шумным дыханием попаданок. Каскадерша, уже привыкшая к таким вспышкам подруги, подошла к окну и приоткрыла ставню, впуская в помещение свежий воздух.

— Однако, мы получили прямой приказ от генштаба, который просто обязаны осуществить. — Ася разлила по пиалам чай.

— Что ты имеешь в виду? — Касуми присела рядом с блондинкой.

— Миссия по созданию форм бесконечности и торжества жизни. — Напомнила Ася. — Только нам нужно это сделать на своих условиях. Я не просто так уточнила формулировку. Этот самурай еще пожалеет о том, что не может четко озвучить свои приказы!

— Есть идея! — Фукуи поняла направление мысли подруги. — Давай сделаем её незабываемой. Просто переставить камни — это слишком мелко. Это уровень Араками. Мы же из другого мира. Нам нужен масштаб. — Она снова подошла к окну, прикидывая расстояние до сада Ёсихиро. В голове уже начали складываться схемы: как незаметно миновать патрули Такео и какие камни лучше использовать для «художественного высказывания». — Слушай, а что если мы не просто создадим «фигуру», а сделаем так, чтобы она была видна из окна спальни Ёсихиро? — прошептала Фукуи, её голос наполнился тем самым профессиональным азартом, который появлялся перед самым опасным трюком. — Представь его лицо, когда он проснется, откроет ставни и увидит... это.

Ася довольно хмыкнула. Перспектива довести «стального столба» до белого каления была лучшим снотворным, которое только можно было представить.

— По рукам, — коротко отрезала она, уже проверяя, насколько плотно завязаны шнурки на её обуви.

Девушки переглянулись. В этот момент они были одной командой, готовой превратить безупречный порядок клана Минамото в настоящий хаос, прикрываясь великой философией жизни.

— Однако, я все-таки хочу услышать название того, что мы собираемся сложить из камней. — Настояла Ася.

Косуми замерла, и на её лице отразилась целая гамма чувств: от творческого вдохновения до легкого смущения. Она медленно обвела взглядом комнату, словно проверяя, не подслушивает ли их Сумико за раздвижными дверями, а затем максимально приблизилась к уху Горной.

— Ну... — прошептала она, и в её голосе зазвучали нотки настоящего коварства. — Помнишь, как в некоторых старых комедиях или в тех самых «запрещенных» свитках, о которых шепчутся слуги? Я думаю, нам стоит изобразить нечто... скажем так, очень анатомически выразительное… Огромный, вызывающе-огромный мужской фаллос. — Каскадерша отстранилась и с видом истинного художника добавила: — Но не просто так! И, чтобы добавить финальный штрих к этой «инсталляции», мы обложим основание камнями в форме маленьких сердечек. Это создаст тот самый контраст между грубой анатомией и издевательской нежностью, превратив композицию в «священный алтарь плодородия». Когда Ёсихиро увидит это прямо под своими окнами, он окажется в ловушке: либо он в ярости разнесет всё в щепки, подтвердив свою вспыльчивость, либо он будет вынужден смотреть на это «искусство», пока не решит, что мы окончательно сошли с ума. — Фукуи хихикнула, представляя, как самурай, в своем безупречном кимоно и с каменным лицом, будет пытаться осознать смысл этой «инсталляции». — Это будет не просто вандализм, Ася. Это будет психологическая атака на его чувство собственного достоинства. Ну что, пошли строить «Памятник Плодородию»? Только, чур, камни самые гладкие подбирать, чтобы эстетика была безупречной.