Книга Двойной удар цветущей сакуры, страница 81 – Рина Львович

— Мне кажется, Араками плохо на тебя влияет. — Ася приподняла одну бровь. — Я не думала, что тебя понесет до такой степени.

Касуми на мгновение застыла, и её щеки снова вспыхнули румянцем. Она явно не ожидала, что её собственное предложение, которое казалось ей верхом остроумия, будет воспринято подругой как доказательство пагубного влияния со стороны наследника клана. Она попыталась принять невозмутимый вид, но предательский смех уже прорывался наружу, заставляя её плечи трястись.

— Я? Под влиянием этого павлина? — Каскадерша театрально приложила руку к груди, изображая глубокую обиду, хотя в её глазах всё ещё плясали чертики. — Да я просто... просто вживаюсь в роль! — она шутливо фыркнула, отступая на шаг. — Это не влияние старшего молодого господина, это просто... творческий порыв! Ты сама только что была готова объявить войну всему клану, а теперь вдруг решила стать моральным компасом этого поместья? — Касуми лукаво прищурилась, глядя на Асю. — Признай, тебе ведь тоже хочется увидеть, как этот идеальный, выглаженный и дисциплинированный господин Ёсихиро-сан потеряет дар речи. Это же почти как военная операция по дезориентации противника. Мы не просто складываем камни, мы атакуем его психику, используя самые примитивные и действенные средства. Это... стратегический ход! — Фукуи сделала приглашающий жест в сторону окна, её голос стал заговорщицким. — Ну, так что, капитан? Будем придерживаться строгого устава и просто переставить пару камней, чтобы он даже не заметил, или устроим ему настоящее потрясение? Только представь: его лицо... его глаза... его абсолютное бессилие перед лицом такого «искусства». Разве это не лучше любого спарринга?

— Идея, конечно хорошая. Оччччень… — Ася смотрела вдаль, словно уже устанавливала скульптуру в пространстве. — Однако, игры играми, но главное, чтобы нас потом не сожгли на костре, принеся в жертву этому самому плодородию. Напомни мне, за что там у вас в древности к харакири приговаривали?

Фукуи тихонько прыснула, представив эту картину: две современные девушки, торжественно идущие на казнь с каменным фаллосом в качестве главного свидетеля. Эта мысль окончательно выбила её из состояния смущения, оставив лишь чистый, незамутненный азарт.

— Ой, да брось! — отмахнулась каскадерша, уже практически выпрыгивая за дверь. — Ёсихиро слишком ценит свой статус и «лицо», чтобы устраивать публичную казнь за кучу камней. Он скорее закроет нас в подвале на месяц и будет молча страдать от осознания того, что его авторитет был повержен галькой из ручья. — Уверенно ответила Касуми. — Просто нужно настаивать на собственном философском видении по данному вопросу.

Удача была на стороне девушек, потому что второго господина клана вызвали куда-то по срочным делам, и пленницы могли заниматься проученным делом лишь под присмотром слуг, которые не особенно разбирались в уникальности элементов искусства.

Когда перед попаданками открылся безупречный, выверенный до миллиметра сад Ёсихиро, Ася почувствовала почти физическое желание что-нибудь в нем сломать. Морпех, конечно же, понимала, что такое дисциплина, на этом зиждилась вся ее служба, от соблюдения правил зависела успешность операции, это было связано с сохранением жизни, своей и товарищей. Но этот сад был воплощением всего, что она ненавидела: контроля, статики и холодного совершенства.