Книга Пленница Владыки Тьмы, страница 63 – Стейси Кроу

Он снова замолкает, как будто колеблется.

— Дневник моей матери, — наконец произносит он. — Она была провидицей. Она записала его за несколько дней до… до их прихода. — Он замолкает, и я чувствую, как напрягаются его мышцы. — «Когда Тьма поглотит последний Свет, родится та, что смешает оба начала. Её сила разрушит оковы – или сотрёт нас всех. Дочь двух кровей разорвет печать».

У меня перехватывает дыхание.Дочь двух кровей.

— Там был рисунок, — его голос становится призрачным, далеким. — Девушка. С двумя разными глазами. Одним — цвета неба. Другим — цвета ночи. Как у тебя в зеркале.

Легенда. Я — легенда. Не просто дочь Тёмного. Я… предсказание. Я чувствую, как кружится голова.

— И… что это значит? «Разорвет печать»?

— Печать, которую Светлые наложили на источник силы моего народа. Та, что не дает нам возродиться. Ты можешь её разрушить. Твоя сила, рожденная от смешения двух кровей, — ключ.

— И что будет потом? — шепчу я. — Когда печать падет?

Он отводит взгляд.

— Сила Тёмных вернется в мир. Баланс восстановится. Больше не будет ни угнетенных, ни тиранов. Только равновесие.

Он не говорит всего. Я чувствую это. Но я не могу думать об этом сейчас. Слишком много информации.

Я поднимаю глаза выше, чтобы посмотреть ему в лицо. Его черты кажутся уставшими, но спокойными.

— Ты никогда не давал мне обещаний, — говорю я. — Не говорил, что отпустишь. Не клялся в вечной любви.

— Нет, — подтверждает он. — И не буду. Обещания — удел глупцов. Они рушатся под грузом реальности.

— Секс был прекрасным, — вдруг вырывается у меня.

На его губах появляется едва заметная, уставшая улыбка.

— Да. Это было… неожиданно.

Я кладу ладонь ему на щеку. Он замирает, его серебряные глаза расширяются от удивления. Он не ожидает нежности.

— Я не знаю, что будет дальше, — говорю я тихо, глядя прямо в него. — Не знаю, кто я и что со мной станет. Но теперь я знаю правду. Всю. И я вижу боль в твоих глазах. Не просто ярость. Боль. Такую же, как у меня.

Я делаю глубокий вдох.

— Я помогу тебе, Нортан. Не потому, что ты заставляешь меня. Не потому, что я твоя пленница. А потому, что это правильно. Потому что я готова.

Он смотрит на меня долго-долго, и в его взгляде происходит какая-то борьба. Что-то ледяное и твердое тает, обнажая душу, незащищенную ничем. Он наклоняется и касается моих губ своими в самом легком, самом мимолетном поцелуе.

— Почти готова, — поправляет он меня, и его голос снова обретает оттенок привычной властности, но теперь в нем есть и что-то новое. Что-то похожее на уважение.

— Ритуалу нужна не только сила, Мири. Нужна воля. А твоя… твоя воля только что прошла крушение. И не сломалась.

Он встает, протягивая руку, чтобы поднять меня.

— Теперь ты знаешь всё. Отдыхай.

И выходя из комнаты, он оборачивается на прощание.

— И да… Это было прекрасно.

Дверь закрывается. Я остаюсь одна. Но на этот раз реальность не давит. Она звенит правдой. Горькой, страшной, нонашейправдой. И впервые с тех пор, как я оказалась в этой комнате, я чувствую не страх. Я чувствую… цель.

Нортан

Прошло ещё несколько дней интенсивных тренировок с Мири. Она показала довольно неплохие результаты. Что не может меня не радовать. Ведь это приближает нас к цели…

Я сижу, уставившись в отчеты «Солнечного Сплава», но цифры расплываются перед глазами, уступая место другому образу. Образу её сосредоточенного лица, влажного от усилий, её сжатых губ, когда она из последних сил удерживала рвущуюся на свободу сферу чистой тьмы. Прошло всего ничего. А кажется, что она была здесь всегда. Её присутствие влилось в стены этого проклятого места, стало его частью. Моей частью. И это… тревожно. Невыносимо. Необходимо.