Книга Пленница Владыки Тьмы, страница 60 – Стейси Кроу

— Да, вот так, — он рычит, отрываясь, чтобы снять с себя рубашку.

Его тело — это карта сражений, покрытая шрамами и сияющими в полумраке рунами.

— Покажи мне всю свою ярость, маленькая Светлая. Вся твоя тьма принадлежит мне.

Его пальцы рвут тонкую ткань моего платья. Я слышу звук рвущегося шелка, и холодный воздух касается обнаженной кожи. Я зажмуриваюсь, стыдясь своей наготы, но он не позволяет мне спрятаться.

— Смотри, — приказывает он, и тени мягко, но неумолимо отводят мои руки в стороны, обнажая меня полностью перед его горящим взглядом. — Смотри на того, кому ты принадлежишь.

Я дрожу. От страха. От холода. От невыносимого, сжигающего изнутри желания. Его взгляд скользит по моему телу, и кажется, он обжигает кожу.

— Ты прекрасна. — Он наклоняется, и его губы касаются ключицы. Горячий, влажный поцелуй. Потом другой. Ниже.

Его язык обводит контур груди, заставляя меня выгнуться от внезапного, острого наслаждения. Он медленно, мучительно медленно обжигает губами мою грудь, и я стону, чувствуя, как по всему телу разливается горячая волна. В это же время что-то холодное и шелковистое касается внутренней стороны бедра. Тень. Она скользит по коже, нежная и властная, и я не могу сдержать стон.

— Ты видишь? — Его голос звучит приглушенно. — Они тоже хотят тебя. Вся моя тьма жаждет твоего света. Твоего огня.

Его пальцы скользят вниз, ища, находя то влажное место, что пульсирует в такт бешеному ритму моего сердца. Он проводит по нему подушечкой пальца, заставляя меня вздрогнуть и бессмысленно протестующе замотать головой.

— Молчи, — приказывает он, и тень обвивается вокруг моей шеи, не сдавливая, а просто напоминая, кто здесь главный. — Твое тело говорит громче любых слов.

Он вводит один палец. Потом второй. Глубоко и властно, находя внутри меня ту точку, от которой мир уплывает из-под ног. Я кричу, но звук тонет в его губах.

Он движет пальцами с неумолимым, точным ритмом, доводя меня до самого края, и я уже почти там, уже готова сорваться…

И он останавливается.

Я открываю глаза, полная немого вопроса и мучительной необходимости. Он смотрит на меня, его глаза пылают триумфом и голодом. Он медленно вынимает пальцы, блестящие от моей влаги, и подносит их к моим губам.

— Открой рот. — Его голос не терпит возражений.

Я повинуюсь, зажмурившись от стыда. Он засовывает пальцы мне в рот. Бог, если ты меня слышишь, то знай, что жесток.

— Да, девочка, — шепчет он, наблюдая, как я непроизвольно облизываю его пальцы. — Это лишь начало.

Он отстраняется, чтобы снять оставшуюся одежду. Я вижу его во всей его могучей, пугающей красоте. И я хочу его. Так, как никогда никого не хотела. Со всей яростью и болью, что разрывают меня на части.

Он становится между моих ног, его руки подхватывают меня под бедра, притягивая к себе. Я чувствую его напряжение, его готовность.

— Скажи, что ты хочешь этого, — требует он, касаясь моего входа. Скажи, кому ты принадлежишь.

— Нет… — пытаюсь я выдохнуть, но это звучит как стон.

— Скажи! — Он входит в меня всего на сантиметр, и этого достаточно, чтобы я взвыла от необходимости.

— Тебе! — Вырывается у меня крик, рожденный отчаянием и похотью. — Я хочу тебя! Я твоя!

Это всё, что ему было нужно.

Он входит в меня одним мощным, сокрушительным толчком, заполняя меня собой полностью, до самой глубины. Боль и удовольствие сливаются воедино, и я кричу, впиваясь ногтями в его спину.