Книга Темные тропы, страница 68 – Джули Шэн

Хара тихо дошла до своей комнаты, закрыла за собой дверь и пару секунд стояла, опустив голову и пытаясь успокоиться. Подумалось, что недавно – всего пару месяцев назад – у неё были обычные проблемы: лекции, экзамены, редкие семейные перепалки с братом. А теперь мир словно раскрылся в пугающем многообразии потустороннего, где монахов атакуют существа, где говорят о каких-то обрядах и скрытых орденах, и где, похоже, у неё самой есть более внушительная роль, чем она когда-либо могла представить.

Оглядев комнату, Хара зацепилась взглядом за стопку учебных материалов на столе. Тяжело вздохнув, она села за него: духи духами, а учиться за неё никто не будет. Настольная лампа отбрасывала тёплый жёлтый свет на бумаги, создавая уютный островок в полумраке, в голове бурлили мысли о Джуне, о злых духах и том, что её брат, похоже, быстро погружается в омут опасностей, связанных с храмом Хвагеса и загадочным нападением на Ёнмуна-сынима.

Машинально взяв ручку и открыв учебник по истории корейской литературы, Хара бегло пробежала по тексту глазами: параграф о периоде Чосон, где мелькали имена придворных писателей, да анализ традиционной поэзии. Но мысли ускользали далеко от текста книги, возвращаясь к разговору, где брат упомянул ту самую шаманку Пэкхву, сумевшую когда-то заточить могущественного Токкэби.

Токкэби. Харе не казалось уже, она была уверена, что видела его в одном из своих снов. Просто теперь, после посещения разрушенного храма с Джуном, она точно знала, кто он.

Хара поёжилась, чувствуя, как от охватившей её тревоги ломит плечи. Она попробовала сконцентрироваться на учебнике, но глаза слипались…

…Она не заметила, как рука медленно сползла со стола, веки сомкнулись, и тишина комнаты схлопнулась над ней с глухим звуком. Хара вздрогнула и осмотрелась. Она обнаружила себя в странном тёмном пространстве, будто в каком-то каменном зале, освещённом только пляшущими отблесками пламени по периметру.

На гладких плитах проступали тёмные узоры, похожие на иероглифы, некоторые двигались по спирали. Хара сидела на полу и отползла немного в сторону, когда вдалеке послышалось приглушённое эхо шагов. Она приподнялась, осматриваясь в поисках места, где можно было бы спрятаться, но вдруг краем глаза заметила чью-то фигуру.

Хара узнала лицо приближающегося мужчины мгновенно, неосознанно: красивое, с прямыми бровями и глубокими гипнотическими глазами, словно в них жернова перемалывали космос со звёздами. На нём был длинный плащ, который сливался с дрожащей тенью. Волосы цвета воронова крыла, гладко зачёсанные назад, придавали облику холодную аристократическую изысканность. Взгляд, сосредоточенный и властный, был настолько пронзительным, что внутри Хары всё похолодело. Она не могла шелохнуться, словно попала под его чары.

В следующий миг огонь откуда-то сбоку вырвался выше, и она заметила на тени от головы мужчины два изогнутых рога. Он подошёл к ней ближе, склонился, глядя Харе в глаза, и улыбнулся настолько притягательной улыбкой, что она почти потеряла способность мыслить. Ей захотелось сбежать, вырваться из этой ловушки, но тело не слушалось.

— Ты снова здесь, – проговорил он низким, певучим голосом, и эхо прокатилось по каменным стенам. – Я звал тебя… Ты ведь почувствовала?