Книга Хороший братец – мертвый братец, страница 34 – Владимир Медведев

— У него обе руки родные, – сердито сказал Матвей. – Вы с кем-то путаете.

— Ах да, – спохватился старичок. – Старость, знаете ли… Я его с Кириллом Владимировичем перепутал, это у него протез. У Владимира Кирилловича зрение слабое, без очков ничего не видит…

— И жабры у него без воды пересыхают, – подхватил Матвей. Догадался, что его проверяют.

— Не гневайтесь, – сказал старичок. – Сами понимаете, разные приходят. Так что у вас за беда?

Матвей рассказал.

— Постараемся помочь, – пообещал старичок.

Однако выполнять обещание не спешил. День прошел, два, три, неделя, другая, а Чурбанов по-прежнему жировал, похаживал по торговому залу, высказывал строгие замечания кассирам и продавцам.

Настал все-таки день, когда подкатили к «Чурочке» большие черные машины, из которых вышли мужчины в черных костюмах при галстуках и с папками в руках, вошли в магазин. Что там происходило, никому не ведомо, потому что покупателей и рядовых работников выпроводили на улицу, а на дверях вывесили табличку «Закрыто на переучет». Вскоре из магазина вышел и побрел невесть куда Чурбанов, по виду которого толпившиеся у «Чурочки» сельчане поняли, что владелец он бывший. Народ безмолвствовал.

Переучет произвели мгновенно. На следующее утро персонал «Чурочки» явился, как обычно, на работу. Охранник Серега с распухшей губой и синяком под глазом впустил всех в магазин и велел не расходиться по рабочим местам, а собраться возле касс.

Вышла к ним незнакомая дама, похожая на депутата Государственной думы: средних лет, в теле, с высокой прической и властным взглядом. Представилась Кларой Филимоновной и сообщила, что новые владельцы супермаркета назначили ее директором магазина, который отныне будет называться «Респект». В остальном все останется по-прежнему. Работу никто не потеряет.

Через час «Респект» открылся. Хлынувшие в него покупатели придирчиво обследовали все отделы в поисках катастрофических изменений, с облегчением убедились, что смена хозяина пока не повлияла ни на ассортимент, ни на цены.

Наведался в «Респект» и Матвей. Планов перестройки торгового предприятия у него не было, он хотел лишь на правах совладельца затариться выпивкой и кой-какой закуской. Много не взял – как-никак свое, экономить надо. На выходе его с тележкой тормознул охранник Серега.

— Куда? Платить кто будет?

— Ты и заплати, – надменно посоветовал Матвей.

— Совсем алкаши оборзели, – пожаловался Серега, – мало того что товар внаглую тырят, так еще и залупаются. Придется к начальству тащить.

— Не трудись, я и есть начальство, – скромно сказал Матвей.

— Совсем мозги пропили, – отозвался Серега.

Несмотря на обобщенность Серегиного замечания, было понятно, что оно относится лично к Матвею, а он не любил, когда его незаслуженно упрекали в недостатках, свойственных алкашам. Он слегка рассердился и пригрозил:

— За базаром следи. Уволю. Мне такие работники не нужны.

— Вот, етит твою, времена пошли: всякая блоха из себя царя зверей строит, – философски заметил Серега и потащил Матвея с тележкой куда-то вглубь магазина, радуясь случаю продемонстрировать бдительность и рвение.

По пути Матвей с хозяйским удовлетворением отметил, что товаров в помещениях, по которым его вели, много. Серега втолкнул его в небольшой кабинет с табличкой на двери «Заведующий». Надпись была не совсем точной, потому что заведующим оказалась женщина. Ее внешность Матвей тоже по-хозяйски одобрил: хорошо одета, представительная, в теле. Правда, шея очень короткая – можно сказать, совсем ее нет, руки и ноги тоже коротковаты, зато грудь пышная, что, по мнению Матвея, компенсировало недостаточную длину членов.