Книга Мёд горьких трав, страница 22 – Диана Ва-Шаль

— Курить можно в малом зеленом. Там, к тому же, закрыты окна и на полную работают кондиционеры, – Рэм втянул носом воздух. – Ину видел, – и многозначительно замолчал.

Горгоновский командир расплылся в улыбке, перехватывая с подноса официанта игристое в высоком, запотевшем от прохлады напитка стакане:

— Говаривают, что она безумно переживала о встрече, больно уж понравиться хотела. Не знаю, какой там она себе твой образ нафантазировала, но не разочаруй леди, – и повел бровями, осушая бокал залпом. Рэм отвел взгляд, улыбаясь не то нервно, не то смущенно. – Богиня Матерь! Ты посмотри на себя! Рэм, не веди себя как прыщавый девственник; что ты тушуешься, право слово.

— Немного переживаю. Она юна…

Райана откровенность брата удивляла и озадачивала.

— Зато ты уже не мальчик, неужели не разберешься и заплутаешь? Тебе лекция нужна, Рэм? – за эти слова Дэниел получил тычок от кронпринца под ребра и наигранно скривился. – Богиня Матерь, помоги… Ты бы лучше переживал, когда на бастионы лез, а здесь тропы хоженые, – Беннет посерьезнел и мгновение помедлил, кладя следом руку на плечо Рэма. – Пусть в твоей жизни Ина станет единственной слабостью, а ваш первый диалог – единственным волнением. Вы будете прекрасной парой. Не ссыте, ваше высочество. Дерзайте.

Весь практически вечер Рэм провел в тени колонн. Горгоновский командир, пользующийся очевидным дамским вниманием, то и дело подтрунивал над товарищем – Райан не понимал, как кронпринц позволял тому подобную дерзость; вернее, не хотел признавать, что брат дружен с Беннетом, – а вместе с ним и Дэв не упускал возможности беззлобно кольнуть старшего брата. Наследник Главнокомандующего их игнорировал и лишь наблюдал за суженой. Когда, наконец, регламент позволил, он с трудом преодолел волнение и изящным жестом пригласил её на танец (Дэниел и Дэвид, что бесстыдно закурили прямо в парадном зале, наблюдали за парой с самыми нагло-довольными улыбками, которые только было можно представить).

Райан с горечью отметил, какой красивой оказалась пара Рэма и Ины: жгучий брюнет брат в черной парадной форме; почти беловолосая Штейн в светлом платье. Огонь и лед. Порок и добродетель. Они были поглощены друг другом, словно ничто другое не существовало в этот момент. Освещенные ярким светом хрустальных люстр, кружились в вальсе, объятые блеском и великолепием. Взгляды гостей – прикованы к паре.

Вдруг за окном раздался гром. Ветер налетел, и тяжелые капли застучали по стеклам – чудное для Мукро событие, не часто дожди заглядывали в столицу, – темное небо озарили вспышки ветвистых молний.

Трое удалились на обсуждение злободневных тем; Дамир, прежде чем покинуть парадную залу, обернулся на старшего сына, и на лице пожилого уже мужчины, не теряющего, однако, благородства, заиграла улыбка.

Райан не танцевал. Выпил пару бокалов, но чувствовал себя ужасно уставшим. Долгое отсутствие в светской жизни отзывалось теперь болью в висках и раздражением к окружающей толпе людей… Но правила не позволяли монаршим детям покинуть мероприятие до его официального закрытия. Приходилось терпеть.

Шонни сидела за столом с сыном Властителя Ингваром – в свои двадцать пять он проводил больше времени с наставниками и учителями, нежели с девушками, – и его совсем юной сестрой, которую Райан даже не знал. Дэвид собрал вокруг себя разношерстную компанию из представителей золотой молодежи и умело выстраивал диалоги так, чтобы каждому из них чудилось, будто именно он на сегодня главный друг принца и ведущий оратор в их кружке.