Книга Джилл очень недовольна, страница 70 – Кайра Руда

Я сажусь на кровать и пытаюсь успокоиться. Мне тревожно возвращаться домой, но, пока Джилл здесь, со мной, я знаю, что Эрике и Мэгги ничего не угрожает. Нужно позвонить юристу и дать ему задание приступать к оформлению документов на развод. Хорошо, что я успел отправить ему аванс до того, как телефон упал со скалы.

Я встаю и начинаю мерить комнатушку шагами, пока не дохожу до места, где мой лоб почти упирается в потолок. Я думаю о родителях, о том, как они погибли. Дознаватели заверили меня, что смерть была безболезненной, что они задохнулись от дыма задолго до того, как огонь добрался до их спальни.

И все равно. Откуда кому‑то знать, что они испытывали?

Я размышляю, не позвонить ли в полицию анонимно. Проинформировать о том, что́ мне известно. Найдутся ли у них способы доказать вину Джилл? Смогу ли я свидетельствовать против нее после развода, или конфиденциальность супружеских разговоров распространяется и на такие случаи? Я мысленно пинаю себя за то, что не взял в дорогу ноутбук и теперь остается только метаться по комнате и шевелить мозгами.

Вдруг я слышу какой‑то шорох снаружи. Замираю и прислушиваюсь. Не сообщила ли Джун номер моей комнаты Джилл, чтобы мы могли помириться? Вряд ли. Медленно приближаюсь к двери и прикладываю к ней ухо.

Я словно в ловушке, как будто Джилл в любую минуту может вставить в замок ключ и вломиться сюда. Снова думаю об Эрике, с которой не имел возможности поговорить весь день. Надеюсь, мои подозрения, что Джилл причастна к пожару в ее доме, ошибочны. Это ведь случилось в утро нашего отъезда в Юту. Когда я вернулся домой после завтрака с Эрикой, Джилл была там.

Да ну, я тороплюсь с выводами, слишком преувеличивая в своем воображении возможности Джилл. Нет ее с другой стороны моей двери, конечно же нет. Раздается стук, и я вздрагиваю.

— Кто там? – спрашиваю из-за двери.

— Дон, пора идти, – произносит женский голос. – Вся компания собралась внизу.

Я с облегчением опускаю плечи. Я не Дон, но завидую, что у него есть компания.

— Извините, вы ошиблись номером.

— Ой, простите, пожалуйста. Спокойной ночи, – отвечает незнакомка.

Стоя под дверью, я прислушиваюсь к звукам в коридоре, пока не наступает полная тишина.

Ни телефона, ни компьютера, ни телевизора нет, и книгу я не захватил. Нужно попытаться заснуть и надеяться на то, что кошмар в эту ночь меня пощадит. Я готовлюсь ко сну, ложусь на кровать и закрываю глаза. Помню, как мама учила меня в детстве считать сначала овец, а потом, когда я подрос, щенков, потому что я мечтал иметь собаку.

Конечно, однажды на Рождество мама неожиданно подарила мне щенка. Мне тогда было восемь лет. В сознании всплывают воспоминания о Дружке, о том, как мы с мамой и папой сидим на полу в гостиной, позади нас огромная елка, мы все смеемся и играем со щенком. Кручу в голове этот образ как можно дольше, пока его не поглощают языки пламени и истошные крики.

Сажусь в кровати, сердце выскакивает из груди. Мне нужно пережить только одну ночь. Ничего со мной не случится. Смешно бояться своей супруги. Да, она дала мне массу поводов, однако все наладится, как только завтра днем я уйду от нее.

Может быть, когда Джилл не будет в моей жизни, кошмары тоже исчезнут? Может, запись на моем телефоне, если его когда‑нибудь найдут, и угроза раскрыть ее подлинную сущность принудят ее отстать от меня? Мы с Эрикой начнем новую жизнь, а о Мэгги я позабочусь – договорюсь, чтобы в университете она была под защитой. Так или иначе. Хотя, лежа тут в темноте, я осознаю, что единственный способ обезвредить Джилл – это упечь ее за решетку. Но я не верю, что удастся ее прижать. Слишком она хитра и ловка.