Книга Император песчаных карьеров. Том 2, страница 103 – Антон Панарин

Рагнар, кажется, поперхнулся своим честным мнением.

— О, боги! — устало выдохнул я. Сломанная лодка, Сульфур, самолечение домашней медициной, а теперь ещё и новый образ Кашкая… Кажется, это был явный перебор. — Ты хоть представляешь, на что ты похож⁈

— Да, — с гордостью объявил Кашкай. — Получилось прекрасно!

Возразить на это было нечего, да и сил оставалось всего ничего. Я помог устроиться на лавке Рагнару, а потом прикорнул и сам, хотя спать всем одновременно было ох, как опасно.

Но прошлая бессонная ночь давала о себе знать, а в переполненной лодке тем более было глаз не сомкнуть.

Я задремал буквально на минутку. Или на четверть часа, уж точно не больше. И сразу же открыл глаза, услышав странный шорох.

Я бесшумно приподнялся на жесткой лавке. Тело затекло так, что я было подумал, что звук померещился или приснился. Но шорох повторился.

Сначала в одном месте, потом в другом… Я беззвучно сел и осмотрелся. Всё было в порядке, все ещё спали. Рагнар тихо похрапывал, а Саульфур так и вовсе выводил гнусавые рулады; за ночь он сполз на пол окончательно и теперь распластался там в форме звезды, занимая чуть ли не половину комнатушки.

Что-то тихо захрустело в углу, где безмятежно дрых Кашкай. Впору было подумать, что это его проделки: может, усовершенствует своё прекрасное «гнездо духов» с утра пораньше? Но спал и он.

Видимой угрозы по-прежнему не наблюдалось, так что я решительно встал и принялся осматриваться уже всерьёз. Солнечный свет проникал сквозь щели в неплотно пригнанных досках, я окончательно проснулся, и тут наконец-то до меня дошло, что напоминает этот странный скрежет.

Мышиную возню. Правда в прошлой жизни мышей у меня в доме не водилось (хвала цивилизации!), зато были тараканы. И никакими простыми средставами их было не вытравить. Зато когда соседи разорились на дезинсектора, как-то раз захаживали даже матёрые чёрные чудовища. Даже не вспомню теперь, как в итоге он них избавился, но шуршали и скрипели они очень похоже.

Стараясь ступать осторожно, я приблизился к спящему шаману и осмотрел его койку. На первый взгляд всё было в порядке, но стоило заглянуть под неё…

В узелках и свёртках копошилось несметное воинство. Сотни, тысячи… десятки тысяч мелки тварей, чёрных и лаково блестящих, с совершенно круглыми панцирями, из-под которых выглядывали беспрерывно шевелящиеся конечности.

Один, самый смелый, заметив вторжение, прекратил шуршать обёрткой и подполз к моей ноге. Хорошо, что на ночь я не разувался! «Хрясь» получился автоматически, на уровне безусловного рефлекса. От омерзения (и облегчения одновременно), я громко выругался, добавив под занавес:

— Мерзость, твою мать!

Это произвело неожиданный эффект. Гелиос слитным движением подхватился с лавки, будто бы и не спал. Несколько тварей, как я успел заметить, ссыпались прямо с него на пол. Паладин сноровисто припечатал ботинком каждого.

Кашкай всполошился и первым делом полез щупать своё ненаглядное «гнездо». Рагнар, уцепившись рукой за край доски, сел, проморгался, оценил обстановку… и вдруг гаркнул хриплым спросонья голосом:

— Это скороеды!!! На улицу, живо!

Мы единодушно не стали пренебрегать добрым советом опытного путешественника. Только что очнувшегося Сульфура Гелиос попросту ухватил и выволок под сень навеса за ногу.