Книга Император песчаных карьеров. Том 1, страница 122 – Антон Панарин

— Ну так вот, — Хашешу широко улыбнулся, демонстрируя зубы, — мои страдания будут в сотню раз хуже. Это наказание за самовольный захват чужого тела, установленное теми, кто запер нас здесь, в этих лабиринтах, превратив в вечных узников наших собственных желаний.

Он сделал паузу, давая нам время переварить информацию, а потом добавил, и голос его стал вкрадчивым, почти змеиным:

— Однако есть лазейка. Всегда есть лазейка.

Хашешу загадочно улыбнулся и щёлкнул пальцами. Звук был чёткий, звонкий, и в следующее мгновение вода в центре зала начала бурлить. Из её глубин поднялся огромный холм, который рос и рос, пока не превратился в настоящую гору, возвышающуюся метра на четыре над поверхностью воды.

Гора золота. Золотые монеты, слитки, украшения, короны, браслеты, цепи, кубки, всё это было навалено кучей, блестело и переливалось в синеватом свете зала так ярко, что глазам было больно смотреть. Но это было не всё. Между золотом виднелись артефакты, оружие, кристаллы, свитки, статуэтки, картины в рамах, доспехи, мечи с украшенными рукоятями, посохи с горящими наконечниками, амулеты, излучающие собственный свет.

Настоящая сокровищница, какую я видел разве что в фильмах про пиратов, и даже там это выглядело менее впечатляюще. А когда ты стоишь в трёх метрах от богатства, которого хватило бы на покупку целого континента…

Я услышал, как Эмир втянул воздух сквозь зубы, и краем глаза увидел, как он сделал непроизвольный шаг вперёд, притягиваемый зрелищем, как железные опилки магнитом.

— Если вы добровольно отдадите мне часть своего тела в обмен на что-то из моей коллекции, — произнёс Хашешу, и голос его стал деловым, как у опытного торговца, проводящего выгодную сделку, — то однажды, когда я соберу достаточно частей, я смогу собрать полноценное тело и вырваться на свободу из этой тюрьмы, в которой провёл больше времени, чем вы можете себе представить.

— Что значит «отдадим часть своего тела»? — спросил я, и голос прозвучал настороженно.

Хашешу снова щёлкнул пальцами, и из воды справа от него начала подниматься фигура. Сначала показалась голова, лысая, с закрытыми глазами и посиневшими губами. Потом шея, сшитая с плечами толстыми синими нитями, светящимися тем же магическим светом, что и сам ифрит. Потом торс, руки, ноги.

Это была кошмарная пародия на человека, собранная из разных кусков, будто детский конструктор. Только вместо пластиковых деталей использовались настоящие части человеческих тел. Разного цвета кожи, разного размера. Хашешу указал на грудь конструкции, где между рёбрами виднелось что-то тёмное, пульсирующее слабым красноватым светом.

— Правое лёгкое я купил у умирающего парня лет десять назад в обмен на сундук золота для его семьи. Он знал, что всё равно помрёт через час, и решил обеспечить жену и детей до конца жизни, — рассказывал ифрит спокойным, почти бесстрастным голосом, как продавец, описывающий характеристики товара. — Сердце мне вручил один пират, убив свою возлюбленную. Да, такое тоже возможно, и да, это работает по весьма буквальной логике. Если человек сказал, что его сердце принадлежит другому, то…

Он многозначительно развёл руки в стороны и улыбнулся, давая нам самим додумать финал этой истории, который был очевиден и ужасен одновременно.