Книга Восхождение Плотника. Том 3, страница 68 – Антон Панарин

С северной стороны поляну защищал от ветра плотный ельник, стоявший стеной в три человеческих роста. С южной открывался пологий спуск к оврагу, на дне которого журчал ручей, а это означало постоянный источник воды, без которого любое производство обречено, будь то средневековая плотницкая мастерская или современный завод железобетонных конструкций.

Я прошёлся по поляне вдоль и поперёк, простукивая землю каблуком и прислушиваясь к звуку. Грунт был плотный, суглинистый, без провалов и пустот, какие бывают на карстовых участках и доставляют строителям столько головной боли, что хватило бы на целый учебник по геотехнике.

Глубина промерзания, судя по состоянию мха и корней, невелика, а значит, фундамент можно заложить неглубокий, на каменных столбах или даже на лежнях из лиственницы, которая в земле стоит веками без малейших признаков гниения.

Я закрыл глаза и позволил живе хлынуть из узлов во все стороны чтобы прощупать пространство вокруг себя. Энергия текла здесь свободно и обильно, без тех мертвых зон и застойных участков, которые встречались ближе к деревне. Священная роща была рядом, и её влияние ощущалось в каждом дереве, в каждом пучке мха, в каждом камне.

Место было идеальным. Удалённость от деревни исключала визиты старосты и его стражников. Защита лешего, если я правильно истолковал его поведение, обеспечивала безопасность лучше любого частокола. Впрочем, не факт что он будет меня защищать, главное чтобы не мешал.

Вода из ручья, живительная энергия рощи, ровный грунт для строительства и достаточно пространства для размещения мастерской и склада, а при необходимости и жилого дома. Одним словом идеальное место!

В строительном деле такие площадки оценивались по десятибалльной шкале, и эта поляна получила бы твёрдую девятку, с минусом только за отсутствие подъездных путей, но эту проблему можно решить грунтовой дорогой, проложенной через лес до ближайшего тракта. Правда в этом из случаев придётся устроить вырубку деревьев и чёрт знает как на это отреагирует Леший.

Я мысленно разметил территорию, прикинув расположение будущих построек. Мастерская на северной стороне, у ельника, чтобы деревья защищали от ветра и снега. Склад южнее, ближе к спуску к ручью, для удобства погрузки и разгрузки готовой продукции. Между ними хозяйственный двор с навесом для досок и площадкой для работы с прессом.

— Добро пожаловать в мастерскую Ярого! — я обвёл поляну взглядом и усмехнулся.

Убедившись, что площадка годится для строительства, я двинулся в обратный путь. Солнце, если можно назвать солнцем бледное пятно за свинцовыми облаками, уже перевалило зенит и покатилось к закату, а мне предстояло преодолеть девять вёрст до деревни по зимнему лесу, который с наступлением темноты становился не самым гостеприимным местом для прогулок.

Впрочем, обратная дорога шла легко, ноги сами находили знакомые тропы и обходили завалы, а жива из священной рощи поддерживала мышцы в тонусе, не давая усталости просочиться в тело. Я двигался быстрым уверенным шагом, огибая канавы и буреломы.

До оврага с ручьём, разделявшего старый бор и ельник, оставалось версты полторы, когда я почуял запах. Не кислотную вонь активного слизня и не аромат облепихи от лешего, а нечто иное. Слабый, едва уловимый душок гнили, перемешанный с запахом сырой земли и прелых листьев. Он тянулся откуда-то справа, из-за поваленных деревьев.