Книга Закон треснувшего корешка, страница 247 – Анастасия Шелест

Где ты, где ты, где ты?

Тело разворачивается, и ноги выносят меня в узкий переулок. Я иду вперед, пока не останавливаюсь перед маленьким двухэтажным домом с запущенным фасадом. В грязных окошках ничего не разглядеть, а жуткий покосившийся балкончик нависает прямо над дверью. Даже крошечного крылечка нет.

Подчиняясь силе, приведшей меня сюда, я завороженно протягиваю руку и толкаю дверь, но она не поддается. Марк окидывает меня задумчивым взглядом и оттесняет в сторону. Он прикладывает к губам указательный палец и проводит ладонью вдоль дверной ручки. Замок щелкает.

Я будто проваливаюсь в сон. Все вокруг становится расплывчатым и словно ненастоящим. Во рту пересыхает, и я, подчиняясь жесту Марка, бесшумно следую за ним, проходя в дом.

Мы попадаем в пустую гостиную со стенами, оббитыми досками. Из мебели здесь только плетеный диванчик, пара сервантов и деревянный столик. Под потолком подвешены горшки, из которых свисают широкие зеленые листья.

Напряжение, разливающееся по телу, сковывает движения. Я отстаю от Марка, а он продвигается к узенькой деревянной лестнице. Взгляд приковывается к дальней арке – проходу в другую комнату.

Что-то скрипит. Тишину разбавляют торопливые шаги.

Марк замирает, прислонившись спиной к лестнице, и с готовностью поднимает руки. Я застываю, сверля взглядом арку. Магия пульсирует, ласково нашептывая вещи, в которые я отказываюсь верить.

В темноте арки появляется долговязая фигура. Она замирает, всматриваясь в гостиную, а потом знакомый голос ударяет под дых.

— Тея? Ну наконец-то. Сколько можно тебя ждать?

Нижняя губа вздрагивает, и я впиваюсь в нее зубами. В горло толкается колючий ком, и тело становится свинцовым, прижимая меня к полу.

Лео выходит на свет, недоверчиво щурясь. Вьющаяся челка спадает на глаза, аккуратный пробор делит каштановые волосы надвое. Целый и невредимый. Совсем не изменившийся. В школьной форме, словно только что вышел с последнего урока.

От волны облегчения подкашиваются колени. Язык немеет, и я пытаюсь осилить вдох, когда Лео морщится и насмешливо бросает:

— Во что ты опять вырядилась? Нравится поддерживать образ чокнутой?

С губ слетает невольный смешок. Это действительно он, никаких сомнений.

— Ну и дерьмовый же у тебя брат, птичка, – протягивает Марк, сочувственно сводя брови.

Он расслабленно опускает руки и скрещивает их на груди, сверля Лео неприязненным взглядом. Тот, ощетинившись, бегло осматривает Марка и поворачивается ко мне:

— Это еще кто? Не припоминаю, чтобы у тебя были друзья.

Их голоса звучат глухо, как будто нас разделяет толща воды. Меня не интересуют ни колкости, ни вопрос Лео. Проигнорировав его, я едва заставляю язык во рту ворочаться:

— Как ты здесь оказался?

Лео удивленно моргает, хмурится, метнув напряженный взгляд на Марка, но проглатывает очередную колкость и цедит:

— Как? Твоя подруга привела. Так она сказала. Симпатичная такая, с рыжими волосами. – Слова нависают надо мной сгустком тяжелой правды, а Лео спокойно продолжает: – Она еще сказала, что ты скоро придешь.

Он что-то напутал. Айрис не могла сделать ничего подобного. Зачем? Зачем Старшему Совету вытворять такое? Это жестоко. Бессмысленно.

— Она, кстати, каждые десять минут сюда заглядывала. Все время повторяла, что ты вот-вот придешь, – спокойно продолжает Лео. – У тебя вообще есть совесть, Тея? Я тебя больше суток жду. Что вообще происходит?